Андрей тарковский воспоминание

Андрей Тарковский

новое сообщение

обсуждение

Да,можно по разному относиться к Тарковскому,но отрицать его уникальный почерк,предельное стремление к отсутствию фальши,приторности в кино- ну невозможно.Это был впечатляющий художник.
Я правда,с трудом понимаю его «итальянский» период. «Ностальгия» и «Жертвоприношение»-не моё,честно,возможно,когда то .
Но работы семидесятых хороши бесспорно,а уж в раннем «Иванове детстве»-говоря словами Труса «-Никакого модернизма,никакого абстракционизьма!»
Очень сильная,талантливейшая картина.
Единственной сказочность там-папка с мальчиком в Рейхсканцелярии..Но это пусть худ.приём..

А Насчёт горящей коровы..на кадре кажется ,что она покрыта какой то тряпицей горючей. хотя не знаю.
Ну так мы все во грехе . и стоящие штабелями на полках магазинов банки с говяжей тушёнкой-тому свидетельство.

Из воспоминаний поэта Андрея Вознесенского:

«. однажды мы во дворе стукали в одни ворота. Воротами была бетонная стенка. На асфальте стояли лужи. Скучая по проходящей вечности, с нами играл Шка — взрослый лоб, блатной из 3-го корпуса. Во рту у него поблёскивала фикса. Он уже воровал, вышел из колонии. Его боялись. И постоянно отдавали ему мяч. Около нас остановился чужой бледный мальчик, комплексуя своей авоськой с хлебом. Именно его я потом узнал в странном новеньком нашего класса. Чужой был одет в белый свитер, крупной, грубой, наверное, домашней вязки.
«Становись на ворота», — добродушно бросил ему Шка. Фикса его вспыхнула усмешкой, он загорелся предстоящей забавой».

Белый свитер (или Андрей Тарковский на воротах)

Стоит белый свитер в воротах.
Тринадцатилетний Андрей.
Бей, урка дворовый,
бутцей ворованной,
по белому свитеру
бей —

по интеллигентской породе!
В одни ворота игра.
За то, что напялился
белой вороной
в мазутную грязь двора.

Бей белые свитера!

Мазила!
За то, что мазила, бей!
Пускай простирает
Джульетта Мазина.
Сдай свитер в абстрактный музей.

Бей, детство двора,
за домашнюю рвотину,
что с детства твой свет погорел,
за то, что ты знаешь широкую родину
по ласкам блатных лагерей.

Бей щёчкой, бей пыром,
бей хором, бей миром
всех «хоров» и «отлов» зубрил,
бей по непонятному ориентиру.

Не гол — человека забил
за то, что дороги в стране
развезло,
что в пьяном зачат грехе,
что, мяч ожидая, вратарь назло
стоит к тебе буквой «х».

С великою темью смешон поединок.
Но белое пятнышко, муть,
бросается в ноги,
с усталых ботинок
всю грязь принимая на грудь.

Передо мной блеснуло азартной фиксой потное лицо Шки. Дело шло к финалу.

Подошвы двор вытер о белый свитер.
— Андрюха! Борьба за тебя.
— Ты был к нам жестокий, не стал шестёркой,
не дал нам забить себя.

Да вы же убьёте его, суки!
Темнеет, темнеет окрест.
И бывшие белые ноги и руки
летят, как андреевский крест!

Да они и правда убьют его! Я переглянулся с корешем — тот понимает меня, и мы, как бы нечаянно, выбиваем мяч на проезжую часть переулка под грузовики, мячик испускает дух. Совсем стемнело.

Когда уходил он, зажавши кашель,
двор понял, какой он больной.
Он шёл,
обернувшись к темени нашей
незапятнанной белой спиной.

—————————————————————
Андрюша,
в Париже ты вспомнишь ту жижу,
в поспешной могиле чужой.
Ты вспомнишь не урок —
Щипок-переулок.
А вдруг прилетишь домой!

Прости, если поздно. Лежи, если рано.
Не знаем твоих тревог.
Пока ж над страной трепещут экраны,
как распятый
твой свитерок.

«Андрей Тарковский глазами современников» +6

Тема «Андрей Тарковский глазами современников» привлекает мое внимание, прежде всего, тем, что, во-первых, я принадлежу к этой временной категории, во-вторых, что глаза у современников разные: каждый воспринимает мир по-своему, а, в третьих, меня заинтриговала мысль, что и через сто лет, если мы не уничтожим нашу планету, на очередной конференции предметом обсуждения снова станет «Aндрей Тарковский глазами современников». Вопрос – почему? Почему и через сто лет наши потомки назовут его современным? Почему вообще художник, творивший сотни, тысячи лет назад современен? Почему наскальные рисунки первобытных людей вызывают у нас восторг, а их выразительные формы, изысканные линии пленяют современных художников, да и нас с вами и сегодня? Потому что не обладание всевозможными мульти-мидийными технологиями делает художника современным, а умение дотронуться до чувств человека, до того, что в человеке вечно, ведь духовный мир человека не меняется, живет ли он сегодня, или жил задолго до нас. Тарковский называл стремление художника выразить себя в искусстве, прикоснуться к свету – «тоской по идеалу».

Парадокс: художник, по словам Пастернака, «у времени в плену» и одновременно «заложник вечности», то есть свободен от него. Художник не может быть несовременен – он путешественник во времени, он осуществляет связь времен. В какое бы время ни жил человек, путь его не усыпан розами; как известно: «жизнь пройти, не поле перейти». Тарковский был уверен, что искусство существует лишь потому, что мир плохо устроен, что он несовершенен, что если бы мир был идеальным, художник потерял бы свое предназначение. Опять же, парадокс: мы стремимся усовершенствовать свою жизнь и тем самым обрекаем себя, если не на исчезновение искусств, то на его крупное измельчание.

Как-то в Лондоне я посетила лекцию в Королевской Академии Музыки, где обсуждалась тема использования «рубато» в произведениях Баха и Шопена. Этот музыкальный термин буквально переводится с итальянского как «украденное, или похищенное время», от глагола «рубато» — «красть». Он означает свободное, в ритмическом отношении, исполнение музыкального произведения, отличающееся от заданного композитором ритма, и используется для выразительности стиля исполнителя — его индивидуальности. Поочередно нам ставили записи разных музыкантов, включая Рихтера, Баренбойма, а также исполнителей старинной музыки Густава Леонхарда и Ральфа Киркпатрика. Все они играли одно и то же произведение, в частности, Первую до-мажорную прелюдию Баха из «Хорошо темперированного клавира» на старинных и современных инструментах — на клавесине конца восемнадцатого века, на фортепиано девятнадцатого — и казалось, что мы слышим разную музыку. Каждый исполнитель вносил что-то личное, неповторимое, «украденное время» — измененный ритм «рубато» менял восприятие мелодии. Вот почему, наверное, мы предпочитаем исполнение того или иного музыканта, когда наше личное восприятие музыки совпадает с исполнительским, когда происходит стыковка чувств с другим человеком, когда происходит Встреча с большой буквы, как говорил об этом митрополит Антоний Сурожский.

Эта лекция живо напомнила мне фильмы Тарковского. В одном из интервью Андрон Кончаловский сказал меткую фразу, ставшую на Западе крылатой, что смотреть фильмы Тарковского, все равно, что лечь на рельсы и ждать приближения поезда. Тарковский сознательно замедляет, искажает, «похищает» время, создавая тем самым свой собственный ритм, собственное — ни на кого не похожее восприятие мира. Фильмы Тарковского не дышат в унисон со всеми, у них свое неповторимое дыхание. «В своих картинах я создаю свой собственный мир», — говорил режиссер.

Художник беспрепятственно заглядывает в духовный мир зрителя, пробивает «заслонку», некую искусственно созданную защиту, которой ограждает свой сокровенный мир каждый из нас. И совсем не важно, в каком уголке планеты находится зритель. Привыкнув к шаблонным ярлыкам: «Тарковский – элитарный художник», «Тарковский – для избранных», — я всегда приятно удивлена при виде полных залов во время показа его фильмов. Как правило, события подобного рода становятся местом встречи старых знакомых, обменом мнений за чашечкой чая или кофе. В последнее время чаще встречаешь новые лица, что весьма отрадно: на Тарковского пришло новое поколение, новый зритель.

Фильм «Жертвоприношение» режиссёр назвал самым значительным в своей творческой биографии. Снимался он летом 1985 года на острове Готланд, а интерьер — в павильоне, в Стокгольме. С тех пор прошло почти тридцать лет, однако моё погружение в творчество Тарковского продолжается и поныне. Даже в мелочах: увидишь что-нибудь — засохшую веточку колокольчиков ландыша — и ловишь себя на мысли, а что бы сейчас сказал Андрей, как бы он стал его рассматривать, гладить, нюхать, тут же сочинил бы какой-нибудь натюрморт, придумал кадр. После просмотра «Жертвоприношения» мне всегда интересно узнать, что же думает новый зритель о фильме. Свои чувства молодые люди выражают сдержанно: многое им непонятно — и это естественно: первая встреча с миром Тарковского завораживает, вызывает смятение, тревогу, недоумение. Ни на одном из фильмов Тарковского нельзя поставить точку — это всегда многоточие, и чем больше ты к ним возвращаешься, тем больше открываешь для себя нового.

Читать еще:  Пасха 2009 дата

Первоначально сценарий «Жертвоприношения» назывался «Ведьма» и возник он задолго до «Ностальгии». Герой фильма Александер получает от друга-врача известие, что он смертельно болен раком. По совету случайно постучавшегося в дверь прохожего (прототип почтальона Отто; имя Отто в честь Солоницына — так он записан в паспорте) он проводит ночь с ведьмой и чудом исцеляется. Это была история человека, оставившего привычную респектабельную жизнь ради собственного спасения. В «Жертвоприношении» вопрос стоит уже не о физическом спасении героя, а о его духовном возрождении (не случайно Александер празднует свой день рождения!) и о спасении всего человечества от неизбежной атомной катастрофы. «Человеку перестали быть нужны Душа, Чудо, Бог, — писал Тарковский. – Моей задачей было донести фильм, разоблачить животрепещущие вопросы о нашем существовании, о нашей вере и обратить внимание зрителей на забытые, утраченные истины нашего бытия». Во время подготовительной работы Андрей говорил, что его «подмывает» снять «простой» фильм, соблюдая классические каноны единства времени, места и действия. О чём же этот «простой» фильм? Ни мало-ни много об ответственности человека перед миром в целом. Герой фильма Александер собирается отпраздновать свой день рождения в семейном кругу, с близким другом Виктором и случайным знакомым — почтальоном Отто. Казалось бы, всё идёт своим чередом: ужин при свечах, подарки, уют, покой. Вдруг с экрана телевизора звучит взволнованный голос главы правительства, призывающий своих соотечественников оставаться на своих местах и сохранять спокойствие перед лицом нависшей ядерной катастрофы: «ибо сейчас нет такого уголка в Европе, где было бы безопаснее, чем там, где мы сейчас находимся». Как напомнило мне это обращение 7 июля 2005 года, когда центр Лондона был парализован чудовищной террористической атакой против мирных жителей! В эту страшную минуту, впервые за много лет, Александер обратился с молитвой к Богу, обещая пожертвовать всем, что у него есть дорогого на этой земле: отречься от семьи, от сына, сжечь дом и принять обет молчания, только бы предотвратить войну. Ночью его навестил почтальон Отто с настоятельной просьбой немедленно отправиться к прислуге Марии и переспать с ней — и тем самым спасти мир. Александер проводит ночь с ведьмой, утром сжигает дом и замолкает навсегда. Мир воцаряется.

У «Жертвоприношения» множество толкований. Одни считают главным постулатом обращение Александра к молитве, к вере, к Богу. Для других, мистически настроенных, смысл фильма в общении Александра с ведьмой Марией, ведь именно она спасает мир. Третьи полагают, что всё это плод болезненной фантазии режиссёра, ведь никакой атомной войны не было. Для самого Тарковского центральными являются первая и последняя сцены с деревом — они как бы обрамляют фильм — которое поливает Малыш. Легенда о монахе, изо дня в день терпеливо поливающим засохшее дерево, в надежде, что оно зацветёт, является стержнем картины — символом веры. «Человеку нужен свет, — говорил Тарковский. — Искусство даёт ему свет, веру в будущее, перспективу… даже если мир, о котором рассказывает художник, не оставляет места для упования». Тарковский не знал, что «Жертвоприношение» станет его последней картиной, хотя неоднократно высказывался, что его фильмы каким-то странным образом влияют на его жизнь. Герой «Ностальгии» Горчаков не возвращается на родину не по собственному желанию — он умирает от сердечного приступа. Тарковский не собирался оставить родину навсегда: всё, о чём он просил советское руководство, это позволить ему работать на Западе в течение нескольких лет, дабы осуществить свои творческие планы. Получив отказ, 10 июля 1984 года на пресс-конференции в Милане он заявил о своём невозвращении в Советский Союз. Герой картины был болен раком, через несколько лет эта же участь постигла Тарковского — он скончался в Париже 29 декабря 1986 года. Примечательно, что за двадцать лет работы в Советском Союзе, Тарковский создал всего лишь пять картин и один театральный спектакль «Гамлет», тогда как на Западе за несколько лет он снял две художественные картины – «Ностальгию» и «Жертвоприношение» и одну документальную ленту — «Время путешествий», поставил в Ковент-Гардене «Бориса Годунова» и написал книгу «Запечатлённое время».

На одном из спиритических сеансов в Москве Андрей задал вопрос явившемуся к нему духу Бориса Пастернака, сколько фильмов он снимет, и получил ответ: «семь». «Жертвоприношение» — седьмой по счёту полнометражный фильм Тарковского. За несколько дней до показа «Жертвоприношения» на международном кинофестивале в Каннах — 26 апреля 1986 года на чернобыльской атомной станции произошла катастрофа. 28 февраля 1986 года, в Стокгольме, был убит прогрессивный шведский премьер-министр Улоф Пальме. Он был убит в нескольких шагах от того места, где снимался эпизод (28 июля 1985) атомной катастрофы. Незамедлительно были проведены роковые параллели и картину назвали пророческой.

Мне не раз приходилось слышать от людей разных культур, национальностей и возрастов, что тот или иной фильм Тарковского рассказывает об их собственной судьбе. Казалось бы, что может быть общего между эксцентричным университетским профессором из туманного Альбиона, венгерской католической монахиней, японским студентом и героями фильмов Тарковского? Все они уверяли, что эти фильмы о них. Внутренний мир, душа человека – вот что интересовало режиссёра, а у этих понятий нет границ — они вечны и неизменны.

В начале мая, в Барбикане, я представляла фильм выдающегося и загадочного французского документалиста Криса Маркера (псевдоним в честь фломастера) «Один день из жизни Андрея Арсеньевича» (перекличка со знаменитой повестью Солженицына). Почему загадочного? Крис Маркер почти никогда не давал интервью (данные его биографии, особенно ранних лет, разительно отличаются), не позволял себя фотографировать, вместо своих фотографий посылал портреты любимой кошки. Известнo около десятка его фотографий за шестидесятилетний период творчества. Две из них в моем фотоальбоме.

Фильм Криса Маркера — философское размышление над поэтическими миром Тарковского. Крис Маркер приехал на Готланд в последние дни съемок, когда во время финальной — самой дорогостоящей сцены пожара, остановилась камера, перегорели все провода и пожар стал неуправляем, когда казалось, что фильма не будет (Тарковский сказал, что уберет свое имя с картины, если не будет центральной сцены, снятой одним кадром, где мы видим начало пожара — рождение человека, его кульминацию — расцвет, разгар творческого начала человеческой личности, и затухание — смерть человека), — шведская киногруппа сделала невозможное: в кратчайший срок они нашли деньги для восстановления дома (первоначально он строился несколько месяцев). Сейчас же дом возродился из пепла за несколько дней. Его восстанавливали всем миром… чтобы снова сжечь…

Фильм Криса Маркера — ценнейший кинодокумент: мы видим Тарковского в последние дни его жизни, когда мы привезли из Швеции целиком смонтированный фильм. Режиссер видел его впервые. Андрей шутил, будто не было никакой болезни, давал распоряжения: что нужно сделать, что подправить… я переводила Свену Нюквисту — великому шведскому оператору, записывала указания, замечания, пожелания, а Крис Маркер нас снимал. Никто тогда не верил, что «Жертвоприношение» станет последней картиной Тарковского, и что мы его больше не увидим…

После просмотра ко мне подходили молодые ребята и говорили, что чувствуют колоссальную энергию, исходящую от Тарковского, что русский режиссер вселяет в них смелость говорить своим языком, а не общепринятыми голливудскими штампами. Вопросов было много, ответы на них они найдут сами, самое важное для меня было видеть их горящие глаза и стремление творить… Не в этом ли смысл искусства. Лондон, 2014

Лейла Александер-Гарретт — автор книги «Андрей Тарковский: собиратель снов» и фотоальбома «Андрей Тарковский: фотохроника «Жертвоприношения». Автор пьес «Ночной Гаспар. Повешенный» и «English Breakfast». Работала на съемках последнего фильма Андрея Тарковского «Жертвоприношение» в Швеции и с Юрием Любимовым в Королевском Драматическом Театре в Стокгольме, а также в Королевском Оперном Театре Ковент Гарден в Лондоне. Организатор благотворительного концерта в помощь реставрации русского православного собора в Лондоне, в котором служил митрополит Антоний. Организатор фестивалей Андрея Тарковского, Сергея Параджанова в Лондоне. Автор многочисленных фотовыставок.

«Есть вещи важнее, чем счастье». Правила жизни и полароидные фотографии Андрея Тарковского

Творчество Тарковского завораживает гипнотической атмосферой, требует осмысления и анализа, служит неисчерпаемым источником вдохновения для режиссёров и для зрителей. Ингмар Бергман говорил: «Для меня Тарковский – величайший режиссёр, создатель нового языка, соответствующего природе кино, поскольку он фиксирует жизнь как отражение, жизнь как сон».

Андрей Арсеньевич Тарковский родился в 1932 году в селе Завражье Юрьевецкого района.

Читать еще:  Канон о поминовении усопших


Тарковская Мария с маленьким Андреем. Завражье, 1933 год.


Арсений Тарковский с сыном Андреем


Андрей Тарковский в детстве

До поступления во ВГИК, где он учился под руководством Михаила Ромма, Тарковский год проработал коллектором в научно-исследовательской экспедиции института Нигризолото на реке Курейке. А ещё раньше – год проучился на арабском отделении Московского института востоковедения.

Режиссёрский талант, а также тематические и стилистические поиски Тарковского проявились уже в первых его короткометражках. Он говорил: «Моя цель заключатся в том, чтобы делать фильмы, которые помогут людям жить, даже если они иногда будут вызывать недовольство».


Андрей Тарковский, 1970 год.

«Иваново детство» (1962) – первый полнометражный фильм, с которым к Тарковскому пришла мировая слава и престижные премии, в том числе «Золотой лев» Венецианского кинофестиваля. Но самая признанная его работа – «Андрей Рублёв» (1966). Эту эпическую и исповедальную историческую драму называют «фильмом фильмов» и регулярно причисляют к лучшим произведениям мирового кино. Хотя чиновники в СССР усмотрели в ленте невыгодные параллели с действительностью, в результате чего «Андрей Рублёв» пролежал «на полке» до 1971 года, а после цензурных поправок вышел в ограниченный прокат. Широкой премьеры пришлось ждать до 1987 года.

Из-за конфликтов с властями долгое время Тарковский находился без работы. Свою «Ностальгию» (1983) он снимал в Италии и на Родину больше не вернулся, о чём горестно сожалел, так как «хотел быть понят родной страной». Умер в 1986 году от рака лёгких, не успев реализовать многие проекты. Философская драма «Жертвоприношение» стала последней киноработой Тарковского. Она завоевала гран-при Каннского кинофестиваля, приз ФИПРЕССИ и приз Британской киноакадемии.

Андрей Тарковский считал кино единственным видом искусства, которое по-настоящему способно передать бесконечную текучесть времени, чем отчасти объясняются его сверхдлинные кадры и размеренный темп повествования. Он создал новаторское кино, озадачивающее экранными и звуковыми метафорами, внушающее трепет и восхищение.

В мир Тарковского также погружают полароидные фотографии, съёмкой которых он увлёкся, готовясь к работе над «Ностальгией». С конца 1970-х годов Андрей Арсеньевич повсюду возил с собой «Полароид» и направлял его на всё, что находил для себя интересным. Главным образом – на свою семью, сад, собаку, вид из окна, туманные пейзажи в деревне под Рязанью и в Италии.

Часть его размытых, с выцветшими мягкими красками фотографий увидели мир в 2006 году, когда лондонское издательство выпустило фотокнигу «Внезапный свет» («Instant Light»). Они напоминают акварель и отдают той же призрачной атмосферой, что и его фильмы. Ниже 170 полароидных фотографий и цитаты Андрея Тарковского.

У меня в детстве был довольно растительный образ жизни. Я мало размышлял.

Мы ходили буквально босиком. Летом вообще не носили обуви, у нас её не было. Зимой я носил валенки моей матери. В общем, бедность — это не то слово. Нищета! Мы придаём несколько чрезмерное значение роли детства. Манера психоаналитиков смотреть на жизнь сквозь детство, находить в нём объяснения всему — это один из способов инфантилизации личности. Мне всегда не хватало отца. Всем лучшим, что я имею в жизни, я обязан матери.

Мой отец, конечно, большой русский поэт. Он никогда не писал ничего, чтобы прославиться.

Каждый человек должен учиться с детства находиться одному. Это не значит, быть одиноким. Это значит — не скучать с самим собой.

Как я боюсь похорон! Даже когда мы хоронили бабушку, жутко было, и не потому, что она умерла, а оттого, что крутом были люди, которые выражали чувства. Я не могу смотреть на людей, которые выражают чувства.

Я поступил в Институт востоковедения, полтора года там проучился и ушел — в ужасе. Занятие арабским языком было настолько мучительным, лишенным какого бы то ни было чувства для меня. Странный язык. Грамматические формы образуются математическим путем. Почему я поступил именно во ВГИК, я не могу понять.

Комиссия не хотела принимать меня и Шукшина. Говорили: «Вася Шукшин — это темный человек, который не читал Толстого и вообще ничего не знает, он слишком неотесан. А Тарковского мы не примем потому, что он всё знает». Впервые я пошел в кино, когда мне было семь лет. Я только помню два кадра. Первый — это взрывы в подсолнухах, когда вместо грохота взрыва гранат— аккорд музыкальный. И второй кадр — это когда штыки — ужасный кадр — подымают в воздух офицера. В наше же время выбирать было невозможно, и сам факт, сама возможность посмотреть фильм производила на нас ошеломляющее впечатление.

Я не столько думаю о действительности, сколько пытаюсь ее ощущать; я к ней отношусь, как животное, как ребенок.

Сама идея искания для художника оскорбительна. Она похожа на сбор грибов в лесу. Их, может быть, находят, а может быть, нет. На мой взгляд, художник поступает вовсе не как искатель, он свидетельствует об истине, о своей правде мира. Я отвергаю идею эксперимента, поисков в сфере искусства. Любой поиск в этой области, всё, что помпезно именуют «авангардом», — просто ложь.

Если убрать из человеческих занятий все относящиеся к извлечению прибыли, останется лишь искусство.

Искусство не может быть ненациональным. Если мир в порядке, в гармонии, он не нуждается в искусстве. Можно сказать, что искусство существует лишь потому, что мир плохо устроен. Ханжество никогда не было эффективной силой творчества.

Цель искусства заключается в том, чтобы подготовить человека к смерти.

Если актер лишен темперамента — это его смерть. Единственное, что мне нужно от актера, — чтобы он оставался собой в предлагаемых ему обстоятельствах и, боже упаси, не начал бы что-то играть, придумывая образ. Кино, пожалуй, самое несчастное из искусств. Им пользуются как жевательной резинкой, как сигаретами, как вещами, которые покупают.

Меня всегда раздражали в искусстве намеки, какие-то попытки быть на гребне того, что происходит сию минуту.

Я считаю неудачным фильм «Иваново детство» потому, что терпеть не могу в кинематографе символа. Картина претенциозна — в том смысле, как если бы пианист играл, нажав правую педаль и не отпуская ноги: всё педалировано, всё акцентировано чересчур, чересчур выразительно. Так сказать, сразу все тридцать два зуба актер показывает — я имею в виду автора, самого себя. Некоторые вещи я просто не могу смотреть, я опускаю глаза — знаете, как при взгляде на человека, который бестактно себя ведет, говорит о себе чересчур влюбленно. Но эта картина, мне дорога как первая моя самостоятельная работа. «Космическая одиссея» Стэнли Кубрика мне кажется совершенно неестественной: выморочная, стерильная атмосфера, будто в музее, где демонстрируются технические достижения. Критики или ругают, или хвалят. Ни то, ни другое, не очень-то помогает. А ведь задача критики, на мой взгляд, — помочь автору понять самого себя. Я люблю ограниченное пространство. Мне очень нравится отношение к пространству японцев — их умение в маленьком пространстве находить отражение бесконечности.

Жизнь никакого смысла, конечно, не имеет.

Мне трудно представить себе внутренний мир женщины, но мне кажется, что он должен быть связан с миром мужчины. Одинокая женщина — это ненормально.

Если мир не становится общим, отношения безнадежны. Мне кажется, что я недостаточно люблю себя. Тот, кто недостаточно любит себя, не знает цели своего существования, не может, по-моему, любить других. Я человек невеселый. Сейчас не время много смеяться. Если я вдруг начинаю смеяться, я тотчас же начинаю себя контролировать и ощущаю, что смеюсь не к месту. Спасти всех можно, спасая себя. Общие усилия бесплодны.

Настоящее скользит и уходит, словно песок между пальцами, и определяет свою материальную весомость лишь в воспоминании о нем.

Жизнь теряет всякий смысл, если я знаю, как она кончается. Мы не созданы для счастья, но есть вещи важнее, чем счастье.

Большое несчастье человека в том, что он вообразил себя замкнутой системой. Например, он думает, что не наносит себе вред, когда скрытно творит зло, и не считает, что тем самым подвергается саморазрушению.

В России никто, никогда и ни в чем не виноват. Только так здесь все и происходит.

Когда мир расколот войной, вдруг появляется надежда на счастье, на изменение времени.

Я отношусь к словам как к шуму, который производит человек.

Я очень жалею, что я не стал музыкантом. Планов много, толку мало.

Андрей Тарковский

  • Режиссер, Люди за кадром, Сценарист
  • Дата и место рождения: 4 апреля 1932 (54 года), Завражье, Иваново, СССР
  • Дата смерти: 29 декабря 1986
Читать еще:  Когда пасха в 2016 году православная

Участвовал 7

Его коллеги по цеху

Видео 4

Андрей Тарковский – культовый российский кинорежиссёр и сценарист.

Андрей Тарковский родился 4 апреля 1932 года в Ивановской области в селе Завражье. Отец знаменитого режиссёра, поэт и переводчик Арсений Тарковский, развёлся с женой и ушёл из семьи, когда сыну было всего три года.

Андрей Тарковский рос в окружении трёх женщин – мамы, бабушки и сестры. Его мать, Мария Ивановна Вишнякова, получила диплом Литературного института в Москве, но все свои поэтические труды уничтожила, по собственному признанию, «из-за отсутствия таланта». Несмотря на трудные времена, Андрей ходил в музыкальную и художественную школы по настоянию матери.

В 1939 году будущий кинорежиссёр поступил в московскую школу, но из-за начала Великой Отечественной войны семье вновь пришлось эвакуироваться в Юрьевец, к родственникам. Только в 1943 году он вернулся в родную школу, где его одноклассником стал Андрей Вознесенский. Свою сознательную юность Андрей Тарковский провёл в Москве, но спустя годы, в картине «Зеркало», он показал образ своего дома в Юрьевце, светлого воспоминания из детства. В школе Андрей Тарковский не был прилежным учеником и имел средние оценки по всем дисциплинам. В 1951 году он поступил на отделение арабского языка Московского института востоковедения, но уже в 1952 году ему пришлось забросить учёбу из-за травмы, полученной на уроке физкультуры. Через год Тарковский стал коллектором в научно-исследовательской экспедиции института Нигризолото в далёком Туруханском районе Красноярского края. В эту экспедицию его отправила мать, пытаясь спасти от влияния дурной компании. По признанию кинорежиссёра, работа в Сибири стала лучшим воспоминанием в его жизни.

В 1954 году 22-летний Тарковский успешно поступил на режиссёрское отделение ВГИКа под руководством Михаила Ромма.

Так получилось, что вместе с Тарковским учились юные, но только что прошедшие войну режиссёры. Их воспоминания ещё были совсем свежи, а нововведения Хрущёва позволяли рассказать о пережитом в своих картинах. К окончанию ВГИКа Андрей Тарковский стал свидетелем расцвета новой эры в мире искусства. Из-за рубежа пришли веяния западной «новой волны» – итальянский неореализм и иностранный кинематограф приводили в восторг молодых талантливых режиссёров.

Осенью 1956 года Тарковский снял свой первый короткометражный фильм под названием «Убийцы». Затем были картины «Сегодня увольнения не будет» (1957) и «Концентрат» (1958), а на третьем курсе института режиссёр встретил первокурсника Андрея Кончаловского. Вместе с ним Тарковский посещал архив Госфильмофонда, просматривая картины Бергмана, Куросавы, Брессона. Позже Кончаловский говорил в интервью:

Друзья вместе написали сценарий «Антарктида – далёкая страна» в 1959 году и «Каток и скрипка» в 1960 году. Последнюю работу они продали кинокомпании «Юность». Тарковский также использовал этот сценарий в качестве дипломной работы. Саму короткометражку снимал оператор Вадим Юсов. Этот фильм стал их первым совместным проектом, завоевав главный приз на фестивале студенческих фильмов в Нью-Йорке в 1961 году.

Съёмки кинолент стали для Тарковского буквально смыслом жизни. В 1962 году его автобиографичная драма «Иваново детство» получила главный приз «Золотой лев» на кинофестивале в Венеции. Одними из самых его знаменитых работ были историческая драма «Андрей Рублёв» (1966), мистичестико-философский фильм «Сталкер» (1979), драмы «Ностальгия» (1983) и «Жертвоприношение» (1986).

В апреле 1957 года Тарковский женился на сокурснице Ирме Рауш, а 30 сентября 1962 года у них родился сын, названный в честь отца режиссёра, Арсением. Через 13 лет совместной жизни пара рассталась, и Тарковский ушёл к Ларисе Кизиловой. От второго брака у него есть сын Андрей.

В конце 1985 года Андрею Тарковскому был поставлен диагноз – рак лёгких. Несмотря на курс лечения в Париже, режиссёр умер через год после страшного приговора врачей. Надгробный памятник великой персоне в истории кинематографа сделал Эрнст Неизвестный, написав на камне фразу: «Человеку, который увидел ангела».

Андрей Тарковский. Фильмография

1. Жертвоприношение / Offret (1986)
2. Время путешествия / Tempo di viaggio (ТВ) (1983)
3. Ностальгия (1983)
4. Сталкер (1979)
5. Гадание на ромашке (1977)
6. Зеркало (1974)
7. Терпкий виноград (1973)
8. Солярис (1972)
9. Андрей Рублев (1966)
10. Иваново детство (1962)
11. Каток и скрипка (1961)
12. Убийцы (1958)
13. Концентрат (1958)
14. Сегодня увольнения не будет (1957)

5 книг об Андрее Тарковском&nbsp

4 апреля родился автор «Андрея Рублева» и «Сталкера», «Зеркала», «Соляриса» и «Ностальгии» Андрей Арсеньевич Тарковский. О нем историки кино говорят, пожалуй, чаще, чем о любом другом советском и российском режиссере.

Мы решили не переписывать в сотый раз биографию Андрея Арсеньевича, а предоставить слово людям, близко знавшим мастера.

Перед вами подборка книг, которые помогут вам глубже понять биографию и шедевры легендарного режиссера.

«Ностальгия. Андрей Тарковский»

_«Писать или составлять книги об Андрее Тарковском — труд неблагодарный и тяжелый. Объясняется это тем, что, во-первых, как всякий гений, он больше того, что вы можете написать и уж тем более вспомнить о нем. Все, что вы пишете или говорите, не больше вас, но не вровень с Тарковским»_, — рассказала Паола Волкова в предисловии к книге о великом режиссере.

В этот том вошли выдержки из документов Тарковского, фотографии и воспоминания о нем. Сборник «Ностальгия. Андрей Тарковский» увидел свет в 2008-м, спустя 22 года после смерти режиссера.

«Андрей Тарковский. Сталкер мирового кино»

В канун тридцатилетия смерти Андрея Арсеньевича был выпущен еще один сборник, также составленный из воспоминаний.

На этот раз о режиссере говорили известные всей стране люди: поэт Андрей Вознесенский, кинооператор Вадим Юсов, кинорежиссер Михаил Ромм, актер и режиссер Николай Бурляев, композитор Эдуард Артемьев, актер Юрий Назаров, актрисы Алла Демидова, Валентина Малявина и многие другие.

Главы посвящены определенным периодам из жизни Тарковского и иллюстрированы либо личными фотографиями, либо кадрами со съемок.

«Собиратель снов Андрей Тарковский»

Много лет назад автор книги была переводчицей на последнем проекте Андрея Тарковского — «Жертвоприношение».

Лейла Александер-Гарретт оказалась свидетельницей самого, пожалуй, драматичного периода в жизни режиссера и в 2009 году решилась написать книгу о своем опыте общения с этим человеком. В 2017-м наше издательство подготовило переиздание ее воспоминаний.

_«…Выходит очень много книг про Тарковского, которые не соответствуют действительности. Я не хочу никого судить — каждый вправе распоряжаться своими знаниями, знакомствами, дружбой и писать что хочет, но я была в стороне. По крайней мере, пыталась. Книга не обо мне. Мне просто посчастливилось быть рядом с ним, со всей съемочной группой, быть участником этого волшебного процесса создания кино»_, — рассказала Лейла Александер-Гарретт в одном из интервью.

«7 1/2 или фильмы Андрея Тарковского»

Сборник рецензий известного критика и киноведа, дополненный архивными материалами и интервью с Андреем Тарковским.

В предисловии Майя Туровская призналась, что хотела опубликовать этот сборник еще в 1976 году. Спустя пять лет, в 1981-м, книга вышла в ФРГ и только после смерти Тарковского — в СССР.

«Теперь, когда Андрея Тарковского нет, его «вторая жизнь» только начинается. О нем пишут много, будут писать еще больше. Появятся его собственные публикации, воспоминания, исследования, научная биография наконец.

Наверное, начни я теперь, и у меня получилась бы другая история, наверное, более аналитическая, «но строк печальных не смываю». Пусть эта книга останется чем была: повременными впечатлениями зрителя. Всего лишь одного, но добросовестного. А значит, и свидетельством времени», — пишет Майя Туровская.

«Мартиролог»

Наверное, никто не расскажет о Тарковском лучше, чем он сам. В 2008 году на русском языке вышла книга дневников режиссера, изданная Международным Институтом имени Андрея Тарковского в Италии.

Рисунки и фотографии, иллюстрирующие этот том, воспроизведены по материалам флорентийского архива.

Помимо дневников «Матрилог» вошли тексты и переводы статей и материалов, написанных Тарковским.

_«Отец назвал свои дневники «Мартиролог» — перечень страданий. Он часто повторял фразу «мы не созданы для счастья, есть вещи важнее, чем счастье». Страницы «Мартиролога», — уникальное свидетельство жизни Андрея Тарковского, написанное его собственной рукой, — исповедь художника в поисках Пути и творческой Свободы; трогательное восхваление жизни, полное надежды и веры, даже перед лицом смерти, поскольку всё его творчество, его идеал, его жертва — не что иное, как крайний жест веры и надежды на Человека», — пишет сын режиссера_, Андрей Андреевич Тарковский.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector