Паскевич и грибоедов

Краткий курс истории. Тегеранская трагедия

11 февраля 1829 года в Тегеране произошёл разгром русского посольства.

Предпосылки убийства

В 1828 году завершилась Русско-персидская война, был заключён Туркманчайский мирный договор. Договор утверждал территориальные приобретения России и обязывал Персию выплатить 20 млн рублей серебром. Кроме этого, договор подтверждал свободу хождения в Каспийском море для русских судов, и у России появилось исключительное право иметь здесь военный флот.

Договаривающиеся стороны открывали свои посольства в Тегеране и Петербурге. Был подписан и торговый договор, согласно которому русские купцы могли торговать по всей территории Персии. Всё это укрепляло позиции России в регионе и ослабляло позиции Англии.

Первым русским министром-резидентом (послом) в Персии стал Александр Сергеевич Грибоедов, автор комедии «Горе от ума». Уже осенью 1828 года он прибыл в Тегеран. Дипломат должен был контролировать выполнение статей договора и в особенности выплату контрибуции. Последнее обстоятельство особенно раздражало персидское общество. Выплаты становились тяжёлым бременем для страны.

Усиление России в этом регионе очень не нравилось Англии, которая вела здесь свою дипломатическую игру. Там, где не получалось натравить на русских элиту страны, они активно использовали религиозных фанатиков. Главными площадками по разжиганию ненависти к русским стали базары и мечети. Именно там родился слух, что Грибоедов нарушает правила этикета шахского двора. Но эти так называемые нарушения были прописаны в том же Туркманчайском мирном договоре, однако об этом старались не вспоминать.


Генерал от инфантерии И. Ф. Паскевич и принц Аббас-Мирза на подписании мирного договора в Туркманчае.
Источник: https://ru.wikipedia.org/

Кровь в посольстве

11 февраля 1829 года 100-тысячная толпа двинулась в сторону русского посольства. Возглавлял колонны моджахед Месих. Возле посольства организаторы потеряли контроль над толпой, которая прорвалась на территорию русской миссии. Ещё накануне Грибоедов отправлял шаху ноту, в которой предупреждал, что если подобное напряжение будет продолжаться, он будет вынужден просить своё правительство отозвать его миссию из страны. Никаких действенных мер со стороны шаха предпринято не было.

Охрану посольства осуществляли 35 казаков, которые мужественно сопротивлялись фанатикам. Вместе с ними со шпагой в руках оборонялся и посол. Силы были неравны. Вся охрана и сам Грибоедов погибли. Тела были изуродованы. Позднее Грибоедова опознали только по ранению, которое он получил ранее. Выжил только секретарь миссии Мальцов, который сумел спрятаться. Именно Мальцов затем сообщил, что погибло 37 человек из русского посольства и 19 нападавших.

Останки Грибоедова были вывезены из Персии и захоронены в Тифлисе на горе Мтацминда. Останки казаков покоятся в братской могиле возле армянской церкви святого Татевоса в Тегеране. Рассказывают, что армяне, чтобы замаскировать свежевырытую могилу, высадили на ней виноградную лозу.

Могила А.С. Грибоедова в Тифлисе. Источник: Источник: https://ru.wikipedia.org/

Последствия

Трагические события в Тегеране вызвали дипломатический скандал. В отношениях двух стран возник острейший кризис. Чтобы помириться, шах отправил в Петербург делегацию во главе со своим внуком Хозрев-Мирзой. Персидское посольство не только принесло официальные извинения, но и пыталось откупиться за пролитую кровь. Среди даров был и известный всему миру алмаз «Шах». В настоящее время его можно увидеть в Алмазном фонде Московского Кремля.

Посланник проинформировал Николая I о том, что все, кто участвовал в погроме, были казнены, наместник Тегерана удалён со службы, а главу мятежа Месиха сослали в отдалённый городок. В итоге трагические события в Тегеране не стали причиной серьёзных осложнений, а выплата контрибуции даже была перенесена на пять лет.

В 1912 году в Персии на деньги, собранные русской колонией, был поставлен памятник Грибоедову. Памятник стоит возле русского посольства, автор его скульптор Владимир Беклемишев. Известный писатель Юрий Тынянов написал роман «Смерть Вазир-Мухтара», посвящённый последним годам жизни Грибоедова. В 2010 году по мотивам этого произведения был снят телесериал.


Памятник А.С. Грибоедову в Тегеране. Источник: https://www.pinterest.se/

Служить бы рад!

Перед нами классический, яркий «вундеркинд», необыкновенная цепкость ума проявилась в нём пугающе рано. Не столь важно, где и чему он учился официально – в Благородном пансионе, а потом и в Московском университете. Ему легко давались и иностранные языки, и философия, и математика.

Поэт, музыкант, политик, воин – во всех своих воплощениях он проявился ярко. К пятнадцати годам его можно было смело считать человеком с университетским образованием. Быть может, ранняя учёность определила и суть самого известного грибоедовского творения – «Горе от ума».

Ему нелегко было отделаться от ощущения собственного превосходства над всеми. Нелегко было адаптироваться и на службе, и в пёстром мире искусства. Александр Сергеевич бывал неуживчивым и резким.

Он участвовал в войне 1812 года – а потом всё мечтал написать об этих героических событиях трагедию. Весной 1816-го оставил военную службу, не достигнув высоких чинов. А в 1817-м началась его блистательная дипломатическая карьера.

16 июля 1818 года граф Нессельроде письменно известил главнокомандующего Кавказской армией генерала Ермолова, что «Поверенным в делах Персии назначается чиновник Мазарович, секретарем при нем Грибоедов, канцелярским служащим Амбургер». Нессельреде любил краткость – но с этого беглого упоминания началась кавказская глава в жизни нашего героя.

В то время Грибоедов разрывался между творчеством и службой, подчас грезил «уволиться от дипломатической службы и отозваться из печальной страны, где вместо того, чтобы чему-нибудь научиться, забываешь и то, что знаешь».

Александр Сергеевич Грибоедов. Акварельный портрет работы Петра Андреевича Каратыгина (1805—1879)

Но генерал Ермолов – мудрейший из мудрых – проникся глубоким уважением к молодому таланту, именно он – в то время – могущественный полководец – вызволил Грибоедова из Персии, сделав своим секретарем «по иностранной части». Любя Грибоедова как сына, по свидетельству Дениса Давыдова, он старался не загружать его повседневной работой. Грузия – не Персия, здесь Грибоедову вольно дышалось и вволю писалось.

Набиравший силу дипломат не забывал о делах литературных. Попытки создать эпическую драму, трагедию шекспировского размаха остались в эскизах. Служба отвлекала Грибоедова от творчества, а мания совершенства мешала работать быстро.

«Горе от ума» – единственное крупное законченное произведение Грибоедова. Язвительную комедию удалось полностью опубликовать в официальной печати через несколько десятилетий после смерти Грибоедова. Но к тому времени она изменила лицо русской литературы, повлияла на лучших наших писателей, вызвала споры… Десятки остроумных реплик вошли в русскую речь, стали крылатыми.

Ещё Пушкин заметил: «Половина стихов должна войти в пословицы». Так и случилось. По Чацкому, Фамусову и Молчалину судили о социальных типах.

Комедия Грибоедова совершенна. Более отточенной стихотворной пьесы у нас нет. Комедия считалась нестерпимо вольнодумной, хотя Грибоедов явно выступал с патриотических позиций. Сарказма он не пожалел ни для Фамусова, ни для Скалозуба.

Первую попытку поставить «Горе от ума» на сцене пресёк столичный генерал-губернатор Милорадович. Но в 1830-х комедия увидела сцену в обеих столицах. Это загадочное произведение, разгадывать его будут веками – и с пользой. Сатирическая комедия и психологическая драма в одном клубке, как усмешка и страдание.

Комедия быстро обрела поклонников, среди которых в первую очередь нужно назвать Ивана Андреевича Крылова, Фаддея Венедиктовича Булгарина, трагика Каратыгина, актрису Колосову, друзей-литераторов Жандра, Греча, Хмельницкого. Они поддержали Грибоедова, не оставили его непонятым.

В 1824 году он решился передать рукопись «Горя» для переписи своему другу и соавтору (они написали совместно, вернее, перевели с французского, комедию «Притворная неверность»), Андрею Андреевичу Жандру, правителю канцелярии Военно-счетной экспедиции, близкому к тайным обществам…

Декабрь 1825-го – ещё одна веха в судьбе. В показания декабриста С.Трубецкого мелькнула фамилия Грибоедова – и он оказался под следствием. И тут под своё крыло взял молодого сотрудника А.П.Ермолов.

Генерал благожелательно подготовил Грибоедова к аресту, уничтожил все его бумаги, чтобы они не попали в руки следственных органов и написал в Петербург: «Имею честь препроводить к Вашему превосходительству г-на Грибоедова. Он был арестован таким образом, что не имел возможности уничтожить находившиеся при нем документы. Но при нем не оказалось ничего такого, кроме немногих, которые Вам пересылаю».

Под следствием он находился до 2 июня 1826 года, стойко отрицал своё участие в заговоре и в конце концов доказал непричастность к мятежу.

Из-под ареста его освободили с «очистительным аттестатом» – и дипломат снова направился в Тифлис. Заменивший Ермолова генерал Иван Фёдорович Паскевич также высоко оценивал способности Грибоедова и, если подчас журил его за безрассудную храбрость, то уважения при этом не скрывал. Во время переговоров с персами Паскевич вполне полагался на дипломатическую предусмотрительность Грибоедова и открыто восхищался им.

Первостепенным политическим бенефисом Грибоедова стал Туркманчайский мирный договор, который знаменовал победу над Персией, закреплял территориальные приобретения Российской империи, гегемонию России на Каспийском море и в восточной торговле.

Современники не оспаривали главную роль Грибоедова в разработке и подписании этого прорывного документа. Генерал Паскевич предоставил именно Грибоедову честь «поднести договор» императору. Николай Павлович пожаловал ему чин статского советника, орден Святой Анны, алмазами украшенный, и четыре тысячи червонцев. Грибоедов принимал восторженные улыбки, но опасался придворной рутины, держался независимо.

В Тифлисе его встречали с ещё большей пышностью, даже величали Грибоедовым-Персидским. Паскевич дал в честь него салют, как это было сделано и в Петербурге, когда все пушки Петропавловской крепости дали одновременно 201 залп. Что ж, ведь это именно он, Грибоедов, привез Николаю I долгожданный и победный Туркманчайский договор.

Неудивительно, что в Персии Туркманчайский договор воспринимали как национальную катастрофу. Россия вступила в войну с Турцией – и персы надеялись уклониться от исполнения договора, воспользовавшись запутанной международной ситуацией.

Базарные ораторы разжигали в народе фанатическую ярость, замешанную на псевдорелигиозных дрожжах. А Грибоедов как раз должен был потребовать у иранцев очередную часть контрибуции… Он пытался сгладить противоречие, призывал Петербург принять вместо денег шёлк или драгоценности. Но вердикт императора был строг: договор следует выполнять чётко.

Читать еще:  Как правильно покрасить яйца в луковой

Русское посольство располагалось не в столице Персии, а в Тавризе, в Тегеране в начале 1829 года Грибоедов пребывал временно – чтобы представиться шаху.

Конечно, опытный политик чувствовал нерв сложившегося положения. Жену он просил на время оставить Тевриз, вернуться в Грузию – и такое путешествие удалось устроить. Грибоедов писал жене ежедневно. «Грустно без тебя, как нельзя больше. Теперь я истинно чувствую, что значит любить…» – это последнее послание мужа, которое она прочитала.

Муджтехиды убеждали разгорячённый народ, что Грибоедов – виновник введения новых налогов, безбожник, завоеватель… Ненависть не знала пределов, муджтехиды вызвали дух фанатизма.

Ещё Грибоедова обвиняли в укрывательстве армян. Он действительно скрывал нескольких армян на территории посольства, чтобы переправить их в Россию. Но действовал в соответствии с Туркманчайским договором! Это горячие персы готовы были отказаться от своих обязательств.

За этими яростными выступлениями стоял Аллаяр-хан, опальный министр – политик авантюристического склада, пытавшийся вернуть утраченное влияние. Для шаха эти волнения были неприятной неожиданностью, капканом, из которого он пытался выпутаться. Шах старался избежать новой войны с Россией, а вёл именно к войне.

30 января 1829 года духовные власти объявили русским священную войну. Толпа, собравшаяся у мечети, направилась к дому русской миссии. Начался кровавый погром. В тот день в Тегеране был уничтожен весь состав посольства, уцелел только старший секретарь Мальцов, человек необычайно осторожный. Он предлагал спасение и Грибоедову, нужно было только спрятаться, уйти в подземные ходы… «Русский дворянин в прятки не играет», – таков был ответ. Гибель он встретил гордо и смело.

За гибель Грибоедова и всей русской миссии шах принёс императору Николаю официальные извинения, к которым присоединил уникальный алмаз.

Император счёл резонным проявить сговорчивость, он принял дар и отсрочил на пять лет выплату той самой контрибуции. В трудные дни Русско-турецкой войны Николай не желал портить отношения с персами. Он закрыл глаза и на мнение Паскевича, который говорил о роковом британском влиянии на персидскую толпу.

Вышло, что погромщики и провокаторы добились своего…

«Алмаз, по мнению персов, должен был искупить страшную вину убийц русского министра Грибоедова. Камень пополнил царскую коллекцию, им любовались придворные, а иноземные послы просили высочайшего разрешения взглянуть на такую редкость. Но в каких каратах можно выразить урон, нанесенный России зверским убийством одного из величайших ее творцов. » – говорится в одной из биографий Грибоедова.

Памятник Грибоедову в Москве на Чистопрудном бульваре

Он любил гору Мтацминда, возвышающуюся над Тифлисом. Там, в монастыре Святого Давида, и завещал похоронить себя. Литургию совершил экзарх Грузии Моисей.

Нина Александровна Чавчавадзе-Грибоедова создала одну из самых запоминающихся эпитафий на свете:

«Ум и дела твои бессмертны в памяти русской, но для чего пережила тебя любовь моя?».

При известии о гибели Александра Сергеевича она тяжело заболела. Случились преждевременные роды, смерть ребёнка. Траур по любимому мужу Нина Александровна носила всю жизнь искренне и безутешно.

Там, в тёмном гроте – мавзолей,
И – скромный дар вдовы –
Лампадка светит в полутьме,
Чтоб прочитали вы
Ту надпись и чтоб вам она
Напомнила сама –
Два горя: горе от любви
И горе от ума. –

писал про Нину, про «Чёрную розу Тифлиса», Яков Полонский.

Почтительная память о Грибоедове объединяет русских, грузин и армян. Кавказские христианские народы благодарны ему как своему защитнику. Он подолгу бывал в Тбилиси, даже создал записку «О лучших способах вновь построить Тифлис». Ходатайствовал об открытии газеты «Тифлисские ведомости» и учебных заведений.

Несколько раз бывал Грибоедов и в Армении. В составе армии генерала Паскевича, он участвовал в освобождении Эривани, Сардарапата, Нахичевани и был награждён медалью «За взятие Эривани».

Сегодня про Грибоедова вспоминают редко и невдумчиво, хотя из школьной программы «Горе от ума», кажется, не вычеркнули. Его образ, его идеи не сочетаются с установками нашей современности.

«Чем просвещеннее человек, тем полезнее он Отечеству», – говорил Грибоедов. И по мере сил следовал этой программе. Общество, которое у нас складывается с осени 1991 года, можно упрекнуть за многое, но не за излишнюю тягу к просвещению. Чего нет, того нет. Повсюду – не только в России – побеждает контрпросвещение, как будто от обилия мы разучились думать и чувствовать.

Трудно вообразить Грибоедова в современном мире. А вот его убийцы как будто сошли с первых полос сегодняшних или завтрашних газет – живёхоньки. Здесь речь, конечно, вовсе не только об исламских радикалах. Повсюду в ходу большие провокации и безответственная манипуляция худшими инстинктами. Все «хороши».

Варвары с айфонами «блаженствуют на свете». И перечитывать биографию статского советника и блистательного поэта Александра Грибоедова сегодня тяжело.

Александр Грибоедов

А лександр Грибоедов был дипломатом и лингвистом, историком и экономистом, музыкантом и композитором. Но главным делом своей жизни он считал литературу. «Поэзия!! Люблю ее без памяти страстно, но любовь достаточна ли, чтобы себя прославить? И наконец, что слава?» — писал в дневнике Александр Грибоедов.

«Один из самых умных людей в России»

Александр Грибоедов родился в дворянской семье. Его образованием и воспитанием занимались лучшие учителя того времени: энциклопедист Иван Петрозилиус, ученый Богдан Ион, философ Иоганн Буле.

Каждое лето Александр Грибоедов проводил в родовом имении своего дяди в селе Хмелита. На шумные балы и званые обеды сюда часто приезжали известные писатели, музыканты, художники.

В раннем возрасте у Грибоедова проявились способности к иностранным языкам: греческому, латыни, английскому, немецкому, французскому, итальянскому. Он играл на рояле и арфе, а позже начал сочинять музыку и стихи. Уже в 11 лет он поступил в Московский университет и за два года закончил отделение словесности, а затем нравственно-политическое и физико-математическое отделения.

Когда началась Отечественная война 1812 года, 17-летний Грибоедов записался корнетом в Московский гусарский полк. Побывать в сражениях он не успел: его подразделение начало формироваться, когда Наполеон уже отступал. Пока русские войска освобождали от французов Европу, Грибоедов служил в тылу — в Белоруссии.

Путевые записки секретаря русского посольства

В 1815 году Грибоедов оставил военную службу и переехал в Петербург. Его мать, Анастасия Грибоедова, настаивала, чтобы он устроился чиновником в каком-нибудь министерстве. Однако государственная служба совсем не привлекала Грибоедова, он мечтал о литературе и театре. В этом же году Грибоедов написал комедию «Молодые супруги», по которой позже придворные актеры петербургского театра поставили спектакль.

В Петербурге Александр Грибоедов вел светский образ жизни: состоял в двух масонских ложах, дружил с членами Южного и Северного тайных обществ, общался с литераторами и актерами. Театральные увлечения и интриги вовлекли Грибоедова в скандальную историю: он стал секундантом в дуэли Василия Шереметева и Александра Завадовского. Чтобы спасти сына от тюрьмы, мать Грибоедова использовала все свои связи и устроила его секретарем русского посольства в Персии.

В 1818 году Александр Грибоедов выехал на службу, по дороге он подробно описывал свое южное путешествие в дневнике. Через год Грибоедов отправился в свою первую командировку к шахскому двору в Персии, где продолжил вести путевые записки. События своей службы он описал в небольших повествовательных фрагментах — так в основу «Рассказа Вагина» легла реальная история русского пленного, которого Грибоедов вернул на родину из Персии.

«Не комедия», запрещенная цензурой

На дипломатической службе в Персии Александр Грибоедов провел более полутора лет. Пребывание в этой стране угнетало его: он часто думал о родине, друзьях и театре, мечтал вернуться домой.

Осенью 1821 года Грибоедов добился перевода в Грузию. Там он начал писать черновой вариант первой редакции «Горя от ума» — он мечтал опубликовать пьесу и увидеть ее постановку.

В 1823 году писатель-дипломат попросил у генерала Алексея Ермолова отпуск и поехал в Москву. Здесь он продолжил работать над пьесой «Горе от ума», написал стихотворение «Давид», сочинил драматургическую сцену в стихах «Юность Вещего» и создал первую редакцию знаменитого вальса ми минор. Вместе с Петром Вяземским Грибоедов написал комедийную пьесу с песнями-куплетами и танцами «Кто брат, кто сестра, или Обман за обманом».

Когда Александр Грибоедов закончил комедию «Горе от ума», он решил представить ее уже пожилому баснописцу Ивану Крылову. Несколько часов автор читал свое произведение Крылову. Тот молча слушал, а после заявил: «Этого цензоры не пропустят. Они над моими баснями куражатся. А это куда похлеще! В наше время государыня за сию пьесу по первопутку в Сибирь бы препроводила».

Во многом слова Крылова оказались пророческими. На просьбу поставить «Горе от ума» в театре Грибоедову отказали, более того — комедию запретили печатать. Пьесу переписывали от руки и тайком передавали из дома в дом — литературоведы насчитали 45 000 рукописных копий по всей стране.

Злободневная пьеса, в которой Грибоедов описывал борьбу революционной молодежи с отжившим обществом, вызвала жаркие споры. Одни считали ее откровенным и разоблачительным описанием современного высшего света, другие — жалкой пародией, которая лишь очерняла столичных аристократов.

Многие современники считали, что прототипами героев послужили представители известных дворянских фамилий, которых Грибоедов встречал на балах и праздниках в усадьбе своего дяди, будучи ребенком. В Фамусове видели хозяина усадьбы Алексея Грибоедова; в Скалозубе — генерала Ивана Паскевича; в Чацком — декабриста Ивана Якушкина.

Писатель-дипломат

В 1825 году Александр Грибоедов вернулся на службу на Кавказ в штаб Ермолова. Здесь писатель узнал о восстании декабристов. Многие из заговорщиков были друзьями и родственниками Грибоедова, поэтому он сам попал под подозрение в причастности к восстанию. В январе 1826 года Грибоедова арестовали, но доказать его принадлежность к тайному обществу следствие так и не смогло.

Читать еще:  Вселенская родительская суббота что это

В сентябре 1826 года Александр Грибоедов возвратился в Тифлис и продолжил службу: он бывал на дипломатических переговорах с Персией в Дейкаргане, вел переписку военачальника Ивана Паскевича, вместе они продумывали военные действия. В 1828 году Грибоедов участвовал в заключении с Персией выгодного для России Туркманчайского мирного договора.

Александр Грибоедов доставил текст договора в Петербург. В столице его с почетом принял сам Николай I. Император наградил писателя-дипломата чином статского советника, орденом Святой Анны 2-й степени и назначил полномочным министром в Персии.

Возвращаясь на службу в новой должности, Грибоедов снова остановился в Тифлисе, где женился на княжне Нине Чавчавадзе. Они познакомились еще в 1822 году — тогда он давал девушке уроки музыки. С молодой супругой Грибоедов прожил всего несколько недель, так как был вынужден вернуться в Персию.

В 1829 году во время дипломатического визита в Тегеран 34-летний Александр Грибоедов погиб: на занятый русским посольством дом напала огромная толпа, подстрекаемая религиозными фанатиками. Об Александре Грибоедове и его смерти в России не писали еще почти 30 лет. Только когда на сцене впервые поставили «Горе от ума» без цензурных правок, о нем заговорили как о великом русском поэте. В печати стали появляться первые сведения о дипломатической роли Грибоедова в отношениях России и Персии и его гибели.

Александр Грибоедов. Погибший за Россию

Священна память дипломатов, которые честно отстаивали интересы России и погибли при исполнении своих обязанностей. Самый известный из них был ещё и выдающимся поэтом и мыслителем.

Александр Грибоедов — с чего он начинается? Перед нами классический, яркий вундеркинд. Необыкновенная цепкость ума проявилась в нём пугающе рано. Не столь важно, где и чему он учился официально, — в Благородном пансионе, а потом и в Московском университете. Ему легко давались и иностранные языки, и философия, и математика. Поэт, музыкант, политик, воин — во всех своих воплощениях он проявился ярко. К пятнадцати годам его можно было смело считать человеком с университетским образованием. Возможно, ранняя учёность определила и суть самого известного грибоедовского творения — «Горя от ума». Ему непросто оказалось отделаться от ощущения собственного превосходства над всеми. Нелегко было адаптироваться и на службе, и в пёстром мире искусства. Александр Сергеевич бывал неуживчивым и резким. По характеру — язвительный рыцарь. Он участвовал в войне 1812 года, правда, волею судеб на вторых ролях, а потом всё мечтал написать об этих героических событиях трагедию. Весной 1816-го оставил военную службу, не достигнув высоких чинов. А в 1817-м началась его блистательная дипломатическая карьера. 16 июля 1818 года граф Карл Нессельроде письменно известил главнокомандующего Кавказской армией генерала Алексея Ермолова, что «поверенным в делах Персии назначается чиновник Мазарович, секретарем при нем Грибоедов, канцелярским служащим Амбургер». Нессельроде любил краткость, но с этого беглого упоминания открылась кавказская глава в жизни нашего героя.

В то время Грибоедов разрывался между творчеством и службой, подчас грезил «уволиться от дипломатической службы и отозваться из печальной страны, где вместо того, чтобы чему-нибудь научиться, забываешь и то, что знаешь». Служба в далёкой чужой стране ему не пришлась по душе. Но генерал Ермолов — мудрейший из мудрых — проникся глубоким уважением к молодому таланту. Именно он — в то время могущественный полководец — вызволил Грибоедова из Персии, сделав своим секретарём «по иностранной части». Любя Грибоедова как сына, по свидетельству Дениса Давыдова, он старался не загружать его повседневной работой. Грузия не Персия, здесь Грибоедову вольно дышалось и вволю писалось.

Набиравший силу дипломат не забывал о делах литературных. Попытки создать эпическую драму, трагедию шекспировского размаха остались в эскизах. Служба отвлекала Грибоедова от творчества, а мания совершенства мешала работать быстро. «Горе от ума» — единственное крупное законченное произведение Грибоедова. Язвительную комедию удалось полностью опубликовать в официальной печати через несколько десятилетий после смерти Грибоедова. Хотя к тому времени она изменила лицо русской литературы, повлияла на лучших наших писателей, вызвала споры… Десятки остроумных реплик вошли в русскую речь, стали крылатыми. Ещё Александр Пушкин заметил: «Половина стихов должна войти в пословицы». Так и случилось. По Чацкому, Фамусову и Молчалину судили о социальных типах. Комедия Грибоедова совершенна. Более отточенной стихотворной пьесы у нас нет. Комедия считалась нестерпимо вольнодумной, однако Грибоедов явно выступал с патриотических позиций. Сарказма он не пожалел ни для Фамусова, ни для Скалозуба. Первую попытку поставить «Горе от ума» на сцене пресёк столичный генерал-губернатор Михаил Милорадович. Но в 1830-х комедия увидела сцену в обеих столицах. Это загадочное произведение, разгадывать его будут веками — и с пользой. Сатирическая комедия и психологическая драма в одном клубке, как усмешка и страдание.

Декабрь 1825-го — ещё одна веха в судьбе. В показаниях декабриста Сергея Трубецкого мелькнула фамилия Грибоедова, и он оказался под следствием. И тут под своё крыло молодого сотрудника взял Алексей Ермолов. Генерал благожелательно подготовил Грибоедова к аресту, уничтожил все его бумаги, чтобы они не попали в руки следственных органов, и написал в Петербург: «Имею честь препроводить к Вашему превосходительству г-на Грибоедова. Он был арестован таким образом, что не имел возможности уничтожить находившиеся при нем документы. Но при нем не оказалось ничего такого, кроме немногих, которые Вам пересылаю». Под следствием он находился до 2 июня 1826 года, стойко отрицал своё участие в заговоре и в конце концов доказал непричастность к мятежу. Свободен! И снова «служить рад», хотя «прислуживаться тошно».

Из-под ареста его освободили с «очистительным аттестатом» — и дипломат опять направился в Тифлис. Заменивший Ермолова генерал Иван Паскевич также высоко оценивал способности Грибоедова и если подчас журил его за безрассудную храбрость, то уважения при этом не скрывал. Во время переговоров с персами Паскевич вполне полагался на дипломатическую предусмотрительность Грибоедова и открыто восхищался им.

Первостепенным политическим бенефисом Грибоедова стал Туркманчайский мирный договор, который знаменовал победу над Персией, закреплял территориальные приобретения Российской империи, гегемонию России на Каспийском море и в восточной торговле. Современники не оспаривали главную роль Грибоедова в разработке и подписании этого прорывного документа. Генерал Паскевич предоставил именно Грибоедову честь «поднести договор» императору. Николай Павлович пожаловал ему чин статского советника, орден Святой Анны, алмазами украшенный, и четыре тысячи червонцев. Грибоедов принимал восторженные улыбки, но опасался придворной рутины, держался независимо.

В Тифлисе его встречали с ещё большей пышностью, даже величали Грибоедовым-Персидским. Паскевич устроил в честь него салют, как это было сделано и в Петербурге, когда все пушки Петропавловской крепости дали одновременно 201 залп. Что ж, ведь это он, Грибоедов, привёз Николаю I долгожданный и победный Туркманчайский договор.

Неудивительно, что в Персии тот же самый Туркманчайский договор воспринимали как национальную катастрофу. Россия вступила в войну с Турцией, и персы надеялись уклониться от исполнения договора, воспользовавшись запутанной международной ситуацией. Многие соглашения они и не думали выполнять, надеясь, что новую войну русский царь не начнёт.

В восточной стране стартовала шумная антироссийская кампания. Базарные ораторы разжигали в народе фанатическую ярость, замешанную на псевдорелигиозных дрожжах. А Грибоедов как раз должен был потребовать у иранцев очередную часть контрибуции… Он пытался сгладить противоречие, призывал Петербург принять вместо денег шёлк или драгоценности. Однако вердикт императора был строг: договор следует выполнять чётко. Позже это даст повод злым языкам упрекнуть императора в намеренном уничтожении Грибоедова руками персидской толпы. Вряд ли столь коварный замысел существовал в действительности, но нужно признать, что Николай поставил своего дипломата в заведомо тупиковую ситуацию.

Русское посольство располагалось не в столице Персии, а в Тебризе. В Тегеране в нач. 1829 года Грибоедов пребывал временно — чтобы представиться шаху. Конечно, опытный политик чувствовал нерв сложившегося положения. Жену он просил на время оставить Тебриз, вернуться в Грузию, и такое путешествие удалось устроить. Грибоедов писал жене ежедневно. «Грустно без тебя, как нельзя больше. Теперь я истинно чувствую, что значит любить…» — это последнее послание мужа, которое она прочитала.

Муджтахиды (влиятельные исламские богословы) убеждали разгорячённый народ, что Грибоедов — виновник введения новых налогов, безбожник, завоеватель… Ненависть не знала пределов, муджтахиды вызвали дух фанатизма. Кроме того, Грибоедова обвиняли в укрывательстве армян. Он действительно скрывал нескольких армян на территории посольства, чтобы переправить их в Россию. Но действовал в соответствии с Туркманчайским договором! Это горячие персы готовы были отказаться от своих обязательств.

За этими яростными выступлениями стоял Аллаяр-хан, опальный министр — политик авантюристического склада, пытавшийся вернуть утраченное влияние. Для шаха эти волнения явились неприятной неожиданностью, капканом, из которого он пытался выпутаться. Шах старался избежать новой войны с Россией, а вёл именно к ней.

В этом доме погиб Александр Грибоедов

30 января 1829 года духовные власти объявили русским священную войну. Толпа, собравшаяся у мечети, направилась к дому русской миссии. Начался кровавый погром. В тот день в Тегеране уничтожили весь состав посольства, уцелел один старший секретарь Иван Мальцов, человек необычайно осторожный. Он предлагал спасение и Грибоедову. Требовалось лишь спрятаться, уйти в подземные ходы… «Русский дворянин в прятки не играет» — таков был ответ. Гибель его была гордой и смелой. С саблей встретил незваных гостей, потребовал от них повиновения. Ведь он находился на территории России! Охрана посольства — 35 казаков — достойно отразила нападение. Десятки разъярённых фанатиков навсегда остались на мостовой, но и казаки погибли все до одного. Погиб и Александр Сергеевич. Получив удар камнем по голове, он упал. Тут же на него посыпался град камней, над телом завизжали сабли.

Читать еще:  Илья муромец сколько лет лежал на печи

За гибель Грибоедова и всей русской миссии шах принёс императору Николаю официальные извинения, к которым присоединил уникальный алмаз. Император счёл резонным проявить сговорчивость. Он принял дар и отсрочил на пять лет выплату той самой контрибуции. В трудные дни русско-турецкой войны Николай не желал портить отношения с персами. Он закрыл глаза и на мнение Паскевича, который говорил о роковом британском влиянии на персидскую толпу. «Я предаю вечному забвению злополучное тегеранское происшествие», — сказал император. Вышло, что погромщики и провокаторы добились своего…

«Алмаз, по мнению персов, должен был искупить страшную вину убийц русского министра Грибоедова. Камень пополнил царскую коллекцию. Им любовались придворные, а иноземные послы просили высочайшего разрешения взглянуть на такую редкость. Однако в каких каратах можно выразить урон, нанесённый России зверским убийством одного из величайших её творцов. » — говорится в одной из биографий Грибоедова.

Он любил гору Мтацминда, возвышающуюся над Тифлисом. Там, в монастыре Святого Давида, и завещал похоронить себя. Литургию совершил экзарх Грузии архиепископ Моисей.

«Чем просвещённее человек, тем полезнее он Отечеству», — говорил Грибоедов. И по мере сил следовал этой программе. Его образ не померк в веках. Но, увы, и убийцы Грибоедова как будто сошли с первых полос сегодняшних или завтрашних газет — живёхоньки. Здесь речь, конечно, не только об исламских радикалах, хотя в первую очередь о них. Повсюду в ходу большие провокации и безответственная манипуляция худшими инстинктами. Террористы «блаженствуют на свете». Тем поучительнее для нас биография Грибоедова — писателя и политика, сочетавшего тонкий интеллект с воинской отвагой.

Заметили ош Ы бку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

Паскевич и грибоедов

Первой и самой замечательной читательнице этой книги — МОЕЙ МАМЕ

ПРЕДИСЛОВИЕ К ПЕРВОМУ ИЗДАНИЮ

Профессор Челленджер, герой «Затерянного мира» Конан Дойла, считал популяризаторов науки по сути своей паразитами, использующими достижения ученых в целях наживы или саморекламы. Это суждение близко к истине, если популяризаторы движутся по следам чужих мыслей и повторяют в легкой форме то, что было сказано до них серьезно. Однако порой фантазия заставляет их идти не позади, а впереди науки; тогда они раньше всех видят ее отдаленные горизонты, стремятся к ним и зовут за собой своих читателей. Так, великие идеи К. Э. Циолковского об освоении космоса стали известны во многом благодаря Я. И. Перельману, автору «Занимательной физики» и других увлекательных книжек, который поверил в них прежде настоящих физиков. Конечно, в роли быстрых на ногу и умом первопроходцев популяризаторы вполне могут завязнуть вместе с читателями в трясине бессмыслицы, в то время как ученые никогда не сойдут с твердой почвы фактов.

И все же популяризаторы иногда приносят пользу, а не только развлекают тех, кто не имеет охоты разбираться в специальных трудах. Данная книга отчасти являет собой подобный пример. До сих пор нет ни научной, ни даже художественной биографии Александра Сергеевича Грибоедова, охватывающей всю его жизнь, труды и многообразную деятельность. Существует огромная литература о «Горе от ума»; великолепные исследования о Грибоедове-дипломате, музыканте; о его связях с декабристами, писателями его эпохи; о грибоедовских Москве и Петербурге; о его предках, сослуживцах, друзьях, знакомых, матери, жене… Но по таинственным причинам никто не пытался свести накопленные знания воедино. А дело ведь не просто в том, чтобы опубликовать их под одной обложкой. Дело в том, что в разрозненных работах, касающихся какой-то одной сферы жизни Грибоедова, не учитываются или неверно оцениваются факты, связанные с другой ее сферой. Авторы книг о Грибоедове-дипломате или литераторе не интересуются его военной карьерой или музыкальными способностями, а между тем его дипломатический талант невозможно вполне понять, не зная характер его службы в Отечественную войну, а процесс творчества недостаточно проясняется без данных о его абсолютном музыкальном слухе. В этом удивительном человеке все было цельно, все взаимосвязано. Вполне осознавая это обстоятельство, ученые на практике мало обращают на него внимания, поэтому литература грибоедоведения (уродливое, но принятое слово!) полна дискуссий, противоречий, белых пятен и нерешенных вопросов. Победит ли все трудности последовательное и обоснованное изложение биографии Грибоедова? Во всяком случае, чем больше будет таких попыток, чем больше возможностей их сравнить, тем ближе окажется истина. Многих специалистов останавливает то, что о Грибоедове слишком мало известно, особенно о его детстве и юности. Однако в наше время это старое, еще пушкинское, представление почти не соответствует действительности.

В художественных произведениях Грибоедову повезло еще меньше. Известный роман Ю. Тынянова «Смерть Вазир-Мухтара» посвящен последнему году его жизни. Ученые всегда резко и справедливо критиковали концепцию Тынянова: советский историк М. В. Нечкина назвала ее «крайне неправильной», а современный грибоедовед С. А. Фомичев заявил, что герой романа «столь же художественно убедителен, сколь и исторически недостоверен». И не просто недостоверен, а откровенно враждебен подлинному Грибоедову, каким он предстает в своих сочинениях, дневниках, письмах, в воспоминаниях о нем друзей и недругов! Большинство этих источников Тынянов читал или мог читать, но сознательно пренебрег ими. Он рисовал образ человека, пожертвовавшего убеждениями ради карьеры, предавшего единомышленников-декабристов, подавленного угрызениями совести и противного себе и автору. Это — совершенно ложная картина, но она показалась Тынянову интереснее правды. Он был напитан идеалами Серебряного века с его воспеванием раздвоения личности, бесплодных сомнений, неверия в будущее и гибели всего достойного. Он просто не мог понять людей Золотого века, которым колебания, упадок духа и наклонность к самоубийству были глубоко чужды. Знай Тынянов Грибоедова лично, он или вовсе не написал бы свой роман, или написал бы его в том же духе. Право романиста — по-своему представлять героя, но персонаж с историческим именем не следует смешивать с реальным прототипом. Кроме «Смерти Вазир-Мухтара» существуют еще два или три биографических романа о Грибоедове, но они никогда не пользовались широкой популярностью.

Что говорить об ученых и романистах, если даже в серии «ЖЗЛ», выпустившей с 1933 года более восьмисот книг о великих людях всех стран и эпох, не была издана биография Грибоедова! Настала пора восполнить этот пробел. Автор, профессиональный историк, специалист по общественной мысли XIX века, предпринял попытку создать научный труд в возможно более художественной форме. Все факты, вплоть до мельчайших, взяты из источников; все диалоги и внутренние монологи также были записаны самим Грибоедовым или мемуаристами (некоторые из них не обладали литературным навыком, поэтому изредка цитаты приводятся не только в современной орфографии, что является общим правилом, но и в соответствии с разговорной, а не книжной речью XIX века: «оный» заменяется на «этот» и т. п.).

В книге упомянуты и использованы все художественные, публицистические произведения Грибоедова (кроме разрозненных заметок), чья принадлежность его перу достаточно доказана, вся его переписка и все сколько-нибудь достоверные сведения о нем, взятые из воспоминаний современников, — поэтому читатели получат возможность сами о нем судить.

«Горе от ума» — воистину великое творение, ибо неисчерпаемо. Тысячи филологов, историков и театроведов писали о нем почти два века, но и тысяча первому нашлось что сказать. Суждения, высказанные в этой книге относительно персонажей бессмертной комедии, основаны на грибоедовских характеристиках, не замеченных или искаженных в прежних работах. Так, незавидная репутация полковника Скалозуба, будто бы получившего награду не военными заслугами, а штабными интригами, основана на прямом недоразумении и восходит к М. В. Нечкиной, по непонятной рассеянности спутавшей даты старого и нового стиля. Как оказалось, много неизвестного и интересного можно найти и в образах других героев пьесы.

«Горе от ума» считается знакомым всем, кто получил хотя бы неполное среднее образование в русской школе. Однако изучить по программе — не значит знать. Если бы Грибоедов предполагал, что его станут «проходить», он не взялся бы за перо. Но никто не застрахован от попадания в классики. «Горе от ума» — прекрасная комедия, и читателям, добравшимся до шестой главы, было бы полезно держать ее в руках или в голове.

Повествование в книге ведется как бы изнутри эпохи. Рассказчик не только не подозревает о существовании XX или XXI века, но и в 1817 году, например, не знает, что произойдет в 1821-м. Такой прием обычно используется в детективах, но он имеет свои достоинства и в историческом сюжете, заставляя читателя проживать жизнь вместе с героем, не представляя, что ждет впереди. Более того, Рассказчик глядит на мир в основном глазами героя (кроме, естественно, пролога и эпилога): то, что тот лично не видел и не слышал, сообщается исключительно по слухам, идет ли речь о московском пожаре 1812 года, восстании декабристов или нападении на тегеранское посольство. Потомки часто неверно оценивают поступки и творчество исторических лиц, потому что не сознают степень их осведомленности об окружавшем их мире.

За спиной Рассказчика незримо присутствует Историк. Он не имеет своего голоса в книге, кроме как в редких примечаниях и двух особо выделенных местах, но он представляет себе значимость происходящих событий и их последствия. Поэтому, с точки зрения современных читателей, книга имеет один недостаток: она требует внимания. Любые факты от самых первых строк, любые самые второстепенные персонажи будут так или иначе всплывать в новом свете в третьей, седьмой или даже последней главах; ни один эпизод не упоминается впустую. Рассказчик по возможности старается напомнить, где прежде встречалось то или иное имя, но читатель, пропустивший его в начале, может потерять потом нить повествования. Ведь начать читать биографию с середины — все равно что встретить взрослого человека, ничего о нем не зная: многое в нем будет непонятно.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector