Воспоминания пушкина о лицее

Воспоминания пушкина о лицее

Четырехэтажное здание Лицея было соединено аркой с Екатерининским дворцом.
В нижнем этаже находилось хозяйственное управление и квартиры инспектора, гувернёров и некоторых других чиновников, служащих при Лицее. На втором – столовая, больница с аптекой и конференц-зал с канцелярией. На третьм – классы (два с кафедрами, один для занятий воспитанников после леций), физический кабинет, комната для газет и журналов и библиотека в арке, соединяющей Лицей с дворцом через хоры придворной церкви. На третьем же этаже располагался и актовый зал – здесь 19 октября 1811 года состоялась торжественная церемония открытия, здеcь же, три года спустя, пятнадцатилетний Пушкин читал на публичном экзамене свои «Воспоминания в Царском Селе» перед старым Державиным. На четвертом этаже находились комнаты лицеистов – небольшие узенькие «кельи», как называл их Пушкин, очень скромно обставленные: конторка, комод, железная кровать, стол для умывания, зеркало. Пушкин жил в комнате № 14. Потом, много лет спустя, уже взрослым человеком, прославленным поэтом, письма к бывшим лицеистам он всегда подписывал «№ 14».
Первый «пушкинский» лицейский курс состоял из даровитых, незаурядных мальчиков. Имена многих из них вошли в историю русской культуры и общественной мысли. Это Дельвиг, Горчаков, Матюшкин, Корф, Пущин, Кюхельбекер, Вальховский…
Пушкин был чрезвычайно привязан к своим школьным товарищам, и эту пылкую дружбу, верность лицейскому братству он пронес через всю жизнь.

Прости! Где б ни был я: в огне ли смертной битвы,
При мирных ли брегах родимого ручья,
Святому братству верен я.

Ближайшими друзьями Пушкина были Иван Пущин («№ 13», сосед по «келье») – справедливый, смелый, спокойно-веселый юноша, Вильгельм Кюхельбекер – восторженный, одержимый стихами, нелепый и трогательный «Кюхля», Антон Дельвиг – добродушный, медлительный, фантазер и тоже поэт.
В Лицее Пушкин начал всерьез сочинять стихи. В 1814 году в 13 номере модного литературного журнала «Вестник Европы» появилось послание «К другу стихотворцу». Под ним стояла странная подпись: «Александр н.к.ш.п.» (согласные буквы его фамилии в обратном порядке). Это было первое напечатанное стихотворение Пушкина.

Шесть лет Пушкин провёл в Царскосельском лицее , Здесь юный поэт пережил события Отечественной войны 1812 года . Здесь впервые открылся и был высоко оценён его поэтический дар. Воспоминания о годах, проведённых в Лицее, о лицейском братстве навсегда остались в душе поэта. В лицейский период Пушкиным было создано много стихотворных произведений. Его вдохновляли французские поэты XVII—XVIII веков, с творчеством которых он познакомился в детстве, читая книги из библиотеки отца. Любимыми авторами молодого Пушкина были Вольтер и Парни . В его ранней лирике соединились традиции французского и русского классицизма. Учителями Пушкина-поэта стали Батюшков , признанный мастер «лёгкой поэзии», и Жуковский , глава отечественного романтизма . Пушкинская лирика периода 1813—1815 годов пронизана мотивами быстротечности жизни, которая диктовала жажду наслаждения радостями бытия. С 1816 года, вслед за Жуковским, он обращается к элегиям , где развивает характерные для этого жанра мотивы: неразделённой любви, ухода молодости, угасания души. Лирика Пушкина ещё подражательна, полна литературных условностей и штампов, тем не менее уже тогда начинающий поэт выбирает свой, особый путь. Н е замыкаясь на поэзии камерной, Пушкин обращался к темам более сложным, общественно-значимым. « Воспоминания в Царском Селе » (1814), заслужившие одобрение Державина , — в начале 1815 года Пушкин читал стихотворение в его присутствии, посвящено событиям Отечественной войны 1812 года. Стихотворение было опубликовано в 1815 году в журнале « Российский музеум » за полной подписью автора. А в пушкинском послании «Лицинию» критически изображена современная жизнь России, где в образе «любимца деспота» выведен Аракчеев . Уже в начале своего творческого пути он проявлял интерес к русским писателям-сатирикам прошлого века. Влияние Фонвизина чувствуется в сатирической поэме Пушкина «Тень Фонвизина» (1815); с творчеством Радищева связаны «Бова» (1814) и «Безверие». Ещё будучи воспитанником Лицея, Пушкин вошёл в литературное общество «Арзамас» , выступавшее против рутины и архаики в литературном деле, и принял действенное участие в полемике с объединением « Беседа любителей русского слова », отстаивавшим каноны классицизма прошлого века. Привлечённый творчеством наиболее ярких представителей нового литературного направления, Пушкин испытывал в то время сильное влияние поэзии Батюшкова, Жуковского, Давыдова. Последний поначалу импонировал Пушкину темой бравого вояки, а после тем, что сам поэт называл «кручением стиха» — резкими сменами настроения, экспрессией, неожиданным соединением образов. Позднее Пушкин говорил, что, подражая в молодости Давыдову, «усвоил себе его манеру навсегда».

Александр Пушкин — Воспоминания в Царском селе: Стих

Навис покров угрюмой нощи
На своде дремлющих небес;
В безмолвной тишине почили дол и рощи,
В седом тумане дальний лес;
Чуть слышится ручей, бегущий в сень дубравы,
Чуть дышит ветерок, уснувший на листах,
И тихая луна, как лебедь величавый,
Плывет в сребристых облаках.

С холмов кремнистых водопады
Стекают бисерной рекой,
Там в тихом озере плескаются наяды
Его ленивою волной;
А там в безмолвии огромные чертоги,
На своды опершись, несутся к облакам.
Не здесь ли мирны дни вели земные боги?
Не се ль Минервы росской [1] храм?

Не се ль Элизиум полнощный,
Прекрасный Царскосельский сад,
Где, льва [2] сразив, почил орел России мощный
На лоне мира и отрад?
Промчались навсегда те времена златые.
Когда под скипетром великия жены
Венчалась славою счастливая Россия,
Цветя под кровом тишины!

Здесь каждый’шаг в душе рождает
Воспоминанья прежних лет;
Воззрев вокруг себя, со вздохом росс вещает:
«Исчезло все, великой нет!»
И, в думу углублен, над злачными брегами
Сидит в безмолвии, склоняя ветрам слух.
Протекшие лета мелькают пред очами,
И в тихом восхищенье дух.

Он видит: окружен волнами,
Над твердой, мшистою скалой
Вознесся памятник. Ширяяся крылами,
Над ним сидит орел младой.
И цепи тяжкие и стрелы громовые
Вкруг грозного столпа трикратно обвились;
Кругом подножия, шумя, валы седые
В блестящей пене улеглись.

В тонн густой угрюмых сосен
Воздвигся памятник простой.
О, сколь он для тебя, кагульскнй брег, поносеп!
II славен родине драгой!
Бессмертны вы вовек, о росскн исполины,
В боях воспитанны средь бранных непогод!
О вас, сподвижники, друзья Екатерины,
Пройдет молва из рода в род.

О, громкий век военных споров,
Свидетель славы россиян!
Ты видел, как Орлов, Румянцев и Суворов,
Потомки грозные славян,
Перуном Зевсовым победу похищали;
Их смелым подвигам, страшась, дивился мир;
Державин и Петров героям песнь бряцали
Струнами громозвучных лир.

И ты промчался, незабвенный!
И вскоре новый век узрел
И брани новые, и ужасы военны;
Страдать — есть смертного удел.
Блеснул кровавый меч в неукротимой длани
Коварством, дерзостью венчанного царя;
Восстал вселенной бич — и вскоре новой браин
Зарделась грозная заря.

И быстрым понеслись,потоком
Враги на русские поля.
Пред ними мрачна степь лежит во сне глубоком,
Дымится кровшо земля;
И селы мирные, и грады в мгле пылают,
И небо заревом оделося вокруг,
Леса дремучие бегущих укрывают,
И праздный в поле ржавит плуг.

Идут — их силе пет препоны,
Все рушат, все свергают в прах,
И тени бледные погибших чад Беллопы,
В воздушных съединясь полках,
В могилу мрачную нисходят непрестанно
Иль бродят по лесам в безмолвии ночи…
Но клики раздались. идут в дали туманной! —
Звучат кольчуги и мечи.

Страшись, о рать иноплеменных!
России двинулись сыны;
Востал и стар и млад; летят на дерзновенных,
Сердца их мщеньем зажжены.
Вострепещи, тиран! уж близок час паденья!
Ты в каждом ратнике узришь богатыря,
Их цель иль победить, иль пасть в пылу сраженья
За Русь, за святость алтаря.

Ретивы кони бранью пышут,
Усеян ратниками дол,
За строем строй течет, все местью, славой дышат,
Восторг во грудь их перешел.
Летят на грозный пир; мечам добычи ищут,
И се — пылает брань; на холмах гром гремит,
В сгущенном воздухе с мечами стрелы свищут,
И брызжет кровь на щит.

Читать еще:  Алексей борзенко пасха

Сразились.— Русский победитель!
И вспять бежит надменный галл;
Но сильного в боях небесный вседержитель
Лучом последним увенчал,
Не здесь его сразил воитель поседелый; [3]
О бородинские кровавые поля!
Не вы неистовству и гордости пределы!
Увы! на башнях галл Кремля.

Края Москвы, края родные,
Где на заре цветущих лет
Часы беспечности я тратил золотые,
Не зная горести и бед,
И вы их видели, врагов моей отчизны!
И вас багрила кровь и пламень пожирал!
И в жертву не принес я мщенья вам и жизни;
Вотще лишь гневом дух пылал.

Где ты, краса Москвы стоглавой,
РОДИМОЙ прелесть стороны?
Где прежде взору град являлся величавый,
Развалины теперь одни;
Москва, сколь русскому твой зрак упылый страшен!
Исчезли здания вельможей и царей,
Все пламень истребил. Венды затмились башен,
Чертоги пали богачей.

И там, где роскошь обитала
В сенистых рощах и садах,
Где мирт благоухал и липа трепетала,
Там ныне угли, пепел, прах.
В часы безмолвные прекрасной, летней нощи
Веселье шумное туда не полетит,
Не блещут уж в огнях брега и светлы рощи;
Все мертво, все молчит.

Утешься, мать градов России,
Воззри на гибель пришлеца.
Отяготела днесь на их надменны выи
Десница мстящая творца.
Взгляни: они бегут, озреться не дерзают,
Их кровь не престает в снегах реками течь;
Бегут — ив тьме ночной их глад и смерть сретают,
А с тыла гонит русский меч,

О вы, которых трепетали
Европы сильны племена,
О галлы хищные! и вы в могилы пали.
О страх! о грозны времена!
Где ты, любимый сын и счастья и Беллоны,
Презревший правды глас, и веру, и закон,
В гордыне возмечтав мечом низвергнуть тропы?
Исчез, как утром страшный сон!

В Париже росс — где факел мщенья?
Поникни, Галлия, главой.
Но что я вижу? Росс с улыбкой примиренья
Грялет с оливою златой.
Еще военный гром грохочет в отдаленье,
Москва в унынии, как степь в полнощной мгле,
А он — несет врагу не гибель, но спасенье
И благотворный мир земле.

О скальд России вдохновенный[4]
Воспевший ратных грозный строй,
В кругу товарищей, с душой воспламененной,
Греми на арфе золотой!
Да снова стройный глас героям в честь прольется,
И струны гордые посыплют огнь в сердца,
И ратник молодой вскипит и содрогнется
При звуках бранного певца.
____________________

[1] Екетерина II.
[2] Герб Швеции
[3] М. И. Кутузов.
[4] В. А. Жуковский.

Анализ стихотворения «Воспоминания в Царском селе» Пушкина

Стихотворение А.С. Пушкина «Воспоминание в Царском Селе» — одно из самых известных в его творчестве, посвящённое лицею, где Пушкин развивался как поэт и как личность. Оно было написано поэтом в 1814 году (октябрь-ноябрь) в возрасте 15 лет. Юный Пушкин прочитал его на экзамене по переходу на старший курс 1815 года, где присутствовал Г.Р. Державин. Именно его одобрение сделало произведение столь узнаваемым. Напечатано стихотворение было в журнале «Российский музеум…» в 1815 году после выступления Пушкина на экзамене. Однако в 1819 году при подготовке к изданию поэт немного изменил текст, но при жизни тот так издан не был.

Главная тема стихотворения — величие России. В произведении показывается история Родины от Петра Великого до Отечественной войны 1812 года. Идея патриотизма и героизма народа — основная в произведении.

Однако есть ещё одна тема — «поэт и общество», его роль, отношение к поэзии.

Композиция у стихотворения трехчастная. Первая часть — описание состояния лирического героя. Так поэт передаёт свои эмоции от прогулки по окрестностям Лицея, ставшему ему вторым домом. Эта часть перерастает во вторую, посвящённую истории царской семьи, знаменитым памятникам, стоящим во дворе Лицея. А заключительная часть посвящена Отечественной войне, сожжению Москвы. Также Пушкин рассказывает о походе русской армии в Париж. В конце стихотворения говорится о предназначении поэта.

Пушкин во время создания стихотворения ещё не определился с собственным стилем. Он подражал и искал своё. «Воспоминание в Царском Селе» написано в стиле классицизма. Однако в начале видны сентиментализм и романтизм. Жанр — смешение оды и элегии.

Произведение большое, состоящее из 20 восьмистрочных строф. Перекрёстные рифмы. Размер — сочетание четырех- и шестистопного ямба.

Средств выразительности в данном стихотворении множество. Метафоры («навис покров», «дремлющих небес», «в седом тумане», «сребристых облаках», «бисерной рекой», «угрюмых сосен», ); эпитеты – «прекрасный сад», «в безмолвной нощи», «младой орел», «злачные брега»; сравнения – «луна, как лебедь величавый», «исчез, как утром страшный сон».

Использованием этих средств Пушкин сделал настрой произведения торжественным. Благодаря этому читатель видит возвышенные мысли автора.

Стихотворение А.С. Пушкина «Воспоминание в Царском Селе» поразило экзаменаторов своей искренностью и гордостью Родиной, энергией и уже чувствующимся мастерством.

Лицейские годы Пушкина

Среди садов и парков города Пушкина возвышается величественное, пронизанное каким- то особенным светом, здание Царскосельского лицея. Здесь учился великий поэт, здесь он нашел своих лучших друзей, именно в лицейские годы Александр Пушкин осознал свою внутреннюю силу. Александр Сергеевич всегда говорил, что Лицей был отчизной для его души.

Лето 1811 года. Высший свет обсуждает и ждет с нетерпением открытия нового учебного заведения. Александр I задумал его как элитное учебное заведение, в котором будут учиться дети дворян. Программа обучения была сложной, но интересной и увлекательной. Лицеистам предстояло изучить множество наук. В учебное заведение пригласили лучших преподавателей, в том числе и профессора нравственных наук А.П.Куницына. Именно под его влиянием сформируются вольнолюбивые, и даже тираноборческие взгляды поэта.
Итак, юный Александр Пушкин, волнуясь и трепеща, прибывает в Царское Село в сопровождении своего дяди Василия Львовича. Мальчик тщательно готовится к поступлению, и когда ему сообщают, что он принят, восторгу его нет конца. 19 октября 1811 года он становится лицеистом. Вступительный экзамен он держал вместе с Дельвигом. По случаю, торжественного открытия лицея, устроили большой праздник, на котором присутствовала царская семья. Но не это навсегда осталось в памяти Александра Сергеевича, до последнего своего вздоха он вспоминал речь профессора Куницына, которая задала нравственный ориентир его душе. Преподаватель, в своем напутствии призвал молодых дворян чтить законы, любить свободу, славу и отечество.

Учеба в Лицее соответствовала статусу элитного заведения. Физические и унизительные наказания отсутствовали, у каждого ученика была своя комната. Подъем каждый день в шесть утра, затем сразу два часа занятий, лишь потом завтрак и небольшая прогулка. Учеба продолжались и после обеда, чередуясь с небольшими разминками. Всего лицеисты занимались около семи часов в день. Отдых подразумевал не праздность, а занятия спортом и чтение.

С преподавателями у воспитанников сложились дружеские отношения. Лицеистам была предоставлена максимальная свобода действий. В некоторых мемуарах встречаются заметки о том, что профессор А. Галич частенько принимал участие в пирушках вместе со своими учениками. В лицейские годы Пушкин увлекался римскими прозаиками, глубоко изучил классическую мифологию. Но первыми в списке наук для него стояли история, русская и французская словесность. Александр был в числе членов редколлегии всех рукописных лицейских изданий. Это были подборки эпиграмм и памфлетов. Ни одно собрание поэтического кружка не проходило без него. При этом усердия в учебе он не проявлял и в число отличников не входил. Преподаватели отмечали его природный талант, острый гибкий ум и при этом полное отсутствие прилежания.
Его отношения в лицеистами складывались по- разному. Одни его любили и боготворили, другие обзывали « французом» и относились с недоверием и холодностью. Пушкин, имея крайне вспыльчивый характер, часто заводил ссоры, а потом терзался от раскаяния, запираясь надолго у себя в комнате. Несмотря на то, что многих лицеистов связывала с Александром дружба искренняя и сильная, не всегда они могли простить ему неуместных острот и издевательств. Первая дуэль Пушкина произошла именно в лицее, с Кюхельбекером.
Отечественная война 1812 года отозвалась в душах лицеистов болью, гневом и бунтарством. На первый план выходят патриотические чувства и настроения. И молодой человек, который даже думал по-французски, начинает сочинять стихи о российских просторах, народной жизни.
Незабываемым стал для Пушкина день переходного экзамена- 8 января 1815 года. Молодой поэт спать не мог от волнения, ведь сам Державин должен был слушать его выступление. Александр прочитал «Воспоминания в Царском Селе» собственного сочинения. Написано оно было в высокопарном стиле (по совету Галича) и до слез растрогало старого поэта. В порыве Державин хотел прижать Пушкина к груди, но тот стремительно сбежал и долго еще не мог прийти в себя от волнения.
Так, год от года в Царском Селе креп талант поэта. В 1816 он уже настолько знаменит, что члены императорской семьи заказывают ему оды и пьесы, а признанные писатели рассыпаются перед молодым лицеистом в комплиментах.

Читать еще:  Как поминают на третий день

В лицее поэт первый раз влюбился. Он был совершенно очарован Бакуниной, которая приезжала на лицейские балы, чтобы проведать своего брата. Пушкин посвятил ей одно из первых своих стихотворений о любви « К живописцу». Но все, же для самого Александра Сергеевича годы учебы в Царском Селе это, прежде всего друзья. И до конца жизни, каждый год на годовщину лицея он будет писать стихотворение- главная тема которого дружба.

Комовский. Воспоминания о детстве Пушкина

ВОСПОМИНАНИЯ О ДЕТСТВЕ ПУШКИНА

А. С. Пушкин, при поступлении в Императорский Царскосельский лицей, отличался в особенности необыкновенною своею памятью и превосходным знанием французского языка и словесности. Ему стоило только прочесть раза два страницу какого-нибудь стихотворения, и он мог уже повторить оное наизусть без малейшей ошибки *1 . Будучи еще двенадцати лет от роду, он не только знал на память все лучшие творения французских поэтов, но даже сам писал довольно хорошие стихи на этом языке. Упражнения в словесности французской и российской были всегда любимыми занятиями Пушкина, в коих он наиболее успевал. Кроме того, он охотно учился и наукам историческим, но не любил политических 1 и ненавидел математических; *2 почему *3 всегда находился в числе последних воспитанников второго разряда и при выпуске из Лицея получил чин 10-го класса *4 . Не только в часы отдыха от учения в рекреационной зале, на прогулках в очаровательных садах Царского Села, но нередко в классах и даже во время молитвы *5 , Пушкину приходили в голову разные пиитические вымыслы, и тогда лицо его то помрачалось, то прояснялось, смотря по роду дум, кои занимали его в сии минуты вдохновения *6 . Вообще он жил более в мире фантазии. Набрасывая же свои мысли на бумагу, везде, где мог, а всего чаще во время математических уроков *7 , от нетерпения он грыз обыкновенно перо и, насупя брови, надувши губы, с огненным взором читал про себя написанное.

Пушкин вообще был не очень словоохотлив и на вопросы товарищей своих отвечал обыкновенно лаконически. Любимейшие разговоры его были о литературе и об авторах, особенно с теми из товарищей, кои тоже писали стихи, как, например, барон Дельвиг, Илличевский, Кюхельбекер (над неудачною страстью последнего к поэзии он любил часто подшучивать) *8 .

Из лицейских профессоров и гувернеров никто в особенности Пушкина не любил и ничем не отличал от других воспитанников *9 . Все, однако ж, с удовольствием слушали его сатиры и эпиграммы насчет других. Так, например, профессор математики Карцев от души смеялся его пиитическим шуткам над лицейским доктором Пешелем, который, в свою очередь, охотно слушал его же насмешки над профессором математики. Один только профессор российской и латинской словесности Кошанский, заметя необыкновенную и преимущественную склонность Пушкина к поэзии, сначала всячески старался отвратить и удержать его от писания стихов, частию, быть может, потому, что сам писал и печатал стихи, в которых боялся соперничества, провидя в воспитаннике своем возникающего вновь Гения 2 . Но когда будущий успех сего нового таланта сделался слишком очевидным, тогда тот же самый профессор употребил все средства, чтобы, ознакомив его, как можно лучше, с теориею языка отечественного и с классическою словесностию древних, разделить со временем литературную славу своего ученика. Впрочем, Пушкин мало успел в изучении древних классиков, и талант его к поэзии наиболее начал развиваться в то время, когда профессор российской словесности Кошанский, по тяжелой болезни своей, целые три года устранен был от преподавания в

Лицее *10 . Вообще Пушкин, следуя единственно вдохновениям своего Гения, неохотно подчинялся классному порядку и никогда ничего не искал в своих начальниках.

Вне Лицея он знаком был только с семейством знаменитого историографа нашего Карамзина *11 , к коему во всю жизнь питал особенное уважение, и с некоторыми гусарами *12 , жившими в то время в Царском Селе (как-то: Каверин, Молоствов, Соломирский, Сабуров и др.). Вместе с сими последними Пушкин любил подчас, тайно от своего начальства, приносить некоторые жертвы Бахусу и Венере, волочась за хорошенькими актрисами графа В.Толстого и за субретками приезжавших туда на лето семейств *13 ; причем проявлялись в нем вся пылкость и сладострастие африканской его крови. Одно прикосновение его к руке танцующей производило в нем такое электрическое действие, что невольно обращало на него всеобщее внимание во время танцев *14 .

Но первую платоническую, истинно пиитическую любовь возбудила в Пушкине сестра одного из лицейских товарищей его (фрейлина

К. П. Бакунина). Она часто навещала брата и всегда приезжала на лицейские балы. Прелестное лицо ее, дивный стан и очаровательное обращение произвели всеобщий восторг во всей лицейской молодежи. Пушкин, с пламенным чувством молодого поэта, живыми красками изобразил ее волшебную красоту в стихотворении своем под названием «К живописцу». Стихи сии очень удачно положены были на ноты лицейским товарищем его Яковлевым и постоянно петы не только в Лицее, но и долго по выходе из оного. Вообще воспоминания Пушкина о счастливых днях детства были причиною, что он во всех своих стихотворениях, и до конца жизни, всегда с особым удовольствием отзывался о Лицее, о Царском Селе и о товарищах своих по месту воспитания. Это тем замечательнее, что учебные подвиги его, как выше объяснено, не очень были блистательны *15 .

По выходе из Лицея Пушкин, сохраняя постоянную дружбу к товарищу своему барону Дельвигу, коего хладнокровный и рассудительный характер нравился ему более других (несмотря на явное противоречие с его собственным), посещал преимущественно литературные общества Карамзина, Жуковского, кн. Вяземского, Воейкова, графа Блудова, Тургенева и т. п. *16 .

*1 В первой редакции примечание: «Слова бывшего гувернера С. Г. Чирикова».

*2 В 1-й редакции: «Но не любил политических и в особенности математику». Ремарка М. Л. Яковлева: «Математика — наука не политическая, а историю действительно любил».

*3 В 1-й редакции: «вместе с другом своим б. Дельвигом» и ремарка М. Л. Яковлева: «Почему именно вместе с другом своим бароном Дельвигом?»

*4 Воспитанники 1-го курса разделены были только на два разряда и при выпуске своем из Лицея награждены были чинами: во-первых, офицера гвардии (или IX классом) и, во-вторых, офицера армии (или Х классом).

*5 В 1-й редакции: «. и даже в церкви». Ремарка Яковлева: «Это замечание, по мнению моему, вовсе лишнее». Подстрочная ссылка Комовского: «Замечание того же гувернера С. Г. Чирикова».

Читать еще:  Когда нынче пасха

*6 В 1-й редакции ремарка Яковлева: «Лицо Пушкина, и ходя по комнате, и сидя на лавке, часто то хмурилось, то прояснялось от улыбки».

*7 В 1-й редакции: «Набрасывая же мысли свои на бумагу, он удалялся всегда в самый уединенный угол комнаты. » Ремарка Яковлева: «Неправда. Писал он везде, где мог, а всего более в математическом классе».

*8 В 1-й редакции: «Кроме любимых разговоров своих о литературе и авторах с теми товарищами, кои тоже писали стихи, как-то: с б. Дельвигом, Илличевским, Яковлевым и Кюхельбекером (над неудачною страстью коего к поэзии он любил часто подшучивать), Пушкин был вообще не очень сообщителен с прочими своими товарищами и на вопросы их отвечал обыкновенно лаконически». Имя Яковлева было им зачеркнуто.

*9 В 1-й редакции: «Но все боялись его сатир, эпиграмм и острых слов». Ремарка Яковлева: «Не помню и не знаю, кто боялся сатир Пушкина; разве один Пешель, но и этот только трусил. Острот Пушкин не говорил».

*10 В 1-й редакции: «Один только профессор российской и латинской словесности Кошанский, предвидя необыкновенный успех поэтическому таланту Пушкина, старался все достоинство оного приписывать отчасти себе и для того употреблял все средства, чтобы как можно более познакомить его с теориею отечественного языка и с классическою словесностью древних, но к последней не успел возбудить в нем такой страсти, как в Дельвиге». Ремарка М. А. Корфа: «Так: но вместе с тем Кошанский — особенно в первое время — всячески старался отвратить и удержать Пушкина от писания стихов, частию, может быть, возбуждаемый к тому ревностию или завистию: ибо сам писал и печатал стихи, в которых боялся соперничества возникающего нового гения». Ремарка Яковлева: «Русским языком занимался Пушкин не потому, чтобы кто-нибудь из учителей побуждал его к тому, а по страсти, по влечению собственному. Пушкина талант начал развиваться в то время, когда Кошанский, по болезни, был устранен и три года в Лицее не был. Дельвиг вовсе не Кошанскому обязан привязанностью к классической словесности, а товарищу своему Кюхельбекеру».

*11 По совету его Пушкин написал куплеты, петые в Павловске, при праздновании, сколько помнится, взятия Парижа в 1814 г. За поднесение сего стихотворения он удостоился получить от блаженные памяти государыни императрицы Марии Федоровны золотые с цепочкою часы при всемилостивейшем отзыве.

*12 В 1-й редакции: «Отчаянными гусарами». Слово «отчаянными» подчеркнуто, в знак неодобрения, Яковлевым.

*13 В 1-й редакции ремарка Яковлева: «Эта статья относится не до Пушкина, а до всех молодых людей, имеющих пылкий характер».

*14 В 1-й редакции последняя фраза в тексте отсутствует. Вместо нее примечание Комовского: «Пушкин до того был женолюбив, что, будучи еще 15 или 16 лет, от одного прикосновения к руке танцующей, во время лицейских балов, взор его пылал, и он пыхтел, сопел, как ретивый конь среди молодого табуна». Ремарка Яковлева: «Описывать так можно только арабского жеребца, а не Пушкина, потому только, что в нем текла кровь арабская».

*15 По существующему во всех учебных заведениях обычаю давать прозвища, товарищи Пушкина, заметив особенную страсть его к всему французскому (что, впрочем, было в духе тогдашнего времени), называли его в шутку французом, за что он иногда сердился не на шутку.

В 1-й редакции: «И что сами товарищи его, по страсти Пушкина к французскому языку (что, впрочем, было тогда в духе времени), называли его в насмешку французом, а по физиономии и некоторым привычкам обезьяною и даже смесью обезьяны с тигром». Ремарка Яковлева: «Как кого звали в школе, в насмешку, должно только оставаться в одном школьном воспоминании старых товарищей; для читающей же публики и странно и непонятно будет читать в биографии Пушкина, что его звали обезьяной, смесью обезьяны с тигром».

*16 В 1-й редакции текст продолжен: «Впрочем, он более и более полюбил также и разгульную жизнь, служителей Марса, дев веселия и модных женщин, нынешних львиц, или, как очень удачно выразился, кажется, Загоскин, — вольноотпущенных жен». Ремарка Яковлева: «Пушкин вел жизнь более беззаботную, чем разгульную. Так ли кутит большая часть молодежи?»

Комовский Сергей Дмитриевич (1798—1880) — лицейский товарищ Пушкина. После окончания Лицея служил в департаменте народного просвещения, успешно делал карьеру и вышел в отставку с чином действительного статского советника.

В Лицее любил читать товарищам моральные проповеди. Наставники писали о нем: «благонравен», «крайне решителен к пользе своей», «прилежанием своим вознаграждает недостаток великих дарований», а лицеисты называли его «смола», «лисичка-проповедница», «фискал» (см.: Гастфрейнд. Товарищи П. , т. I. с. 519—548). После окончания Лицея встречался с однокурсниками, которые подшучивали над его карьеризмом, но считали «добрым и услужливым товарищем» (см. письмо 1829 г. М. Л. Яковлева к В. Д. Вальховскому. Гастфрейнд. Указ. соч., т. I, с. 529). Комовский был обязательным участником лицейских «годовщин», где встречался и с Пушкиным. Пушкин упоминает Комовского в варианте к стихам «Гавриилиады» ( IV , 368).

Записка Комовского создана в качестве ответа на вопросы Анненкова, составленные в 1851 г., когда тот начал собирать материалы для биографии Пушкина. В Лицее существовали разные «кружки» (см. «Записки» И. И. Пущина). Закадычный друг Корфа Комовский не принадлежал к «кружку» Пушкина, поэтому он мало знает о внутренней, духовной жизни Пушкина-лицеиста. Для него Пушкин «несообщительный» юноша. Ханжеские наклонности Комовского проявились в рассуждениях о темпераменте поэта и его юношеских увлечениях и в неодобрительном отношении к «отчаянным гусарам». Общение Пушкина с ними, в частности с П. П. Кавериным (впоследствии членом Союза Благоденствия) и П. Я. Чаадаевым (которого Комовский забывает назвать), далеко не исчерпывалось гусарскими проделками. Педантизм Комовского пошел на пользу его записке. Он, как сообщает Я. К. Грот, «не полагаясь на свою память, счел нужным передать свои воспоминания, вместе с вопросами Анненкова, на суд товарищей». Этими товарищами были М. А. Корф и М. Л. Яковлев. Корф сделал одно замечание, а Яковлев, после значительных поправок, отправил записку Комовского А. А. Корнилову, который и вернул ее автору с отзывом: «С моей стороны я не сделал никаких замечаний: написанное тобою я нахожу верным» ( Я. К. Грот, 1899 , с. 218). По замечаниям товарищей (главным образом Яковлева) Комовский переработал свою записку (Комовским было написано также начало биографии Пушкина, полностью использованное Анненковым в «Материалах»).

Первая редакция записки (с замечаниями Корфа и Яковлева в подстрочных примечаниях) была напечатана Я. К. Гротом в его книге: «Пушкин, его лицейские товарищи и наставники». СПб., 1887, с. 250—253. Вторую редакцию записки опубликовал С. Я. Гессен в «Литературном современнике» (1937, № 1) и в книге «Пушкин в воспоминаниях и рассказах современников», поместив в подстрочных примечаниях замечания Корфа и Яковлева и наиболее значительные разночтения из первой редакции.

ВОСПОМИНАНИЯ О ДЕТСТВЕ ПУШКИНА

Гессен, с. 87—97, с уточнением по рукописи ( ИРЛИ , ф. 244, оп. 17, № 17, 22).

1 Политические и нравственные науки в Лицее преподавал А. П. Куницын. Пушкин с увлечением слушал его лекции (см. в «Записках» И. И. Пущина), но не любил их записывать. Между тем записывание и переписывание составляло в Лицее основу изучения. «При неимении в то время печатных курсов, он (Куницын) сам писал свои записки, и мы должны были их списывать и изучать слово в слово», — вспоминал М. А. Корф (Я. Грот. Пушкин, его лицейские товарищи и наставники, изд. 2-е. СПб., 1899, с. 228). Этим и объясняются слабые успехи Пушкина в классе Куницына.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector